Приставъ отошелъ къ окну и сталъ смотрть въ него. Справедливость обязывала меня поблагодарить его за такое вниманіе къ вашимъ чувствамъ, что я, и не преминулъ потомъ исполнять. Люда высшаго круга пользуются всякаго рода преимуществами и, между прочимъ, преимуществомъ свободно выражать свои чувства. Мы же, люди низменные, не имемъ этихъ правъ. Нужда, минующая сильныхъ міра сего, обходится съ вашею мелкою братіей безъ всякой пощады, и мы должны, затаивъ чувства, вести свою обязанность съ терпніемъ. Впрочемъ, не думайте чтобъ я жаловался на свою судьбу, я только такъ мимоходомъ упомянулъ объ этомъ.
Мы съ Пенелопой не заставили долго ждать пристава. На вопросъ о томъ, не извстна ли ей причина, побудившая Розанну лишить себя жизни, дочь моя отвчала (какъ вы, вроятно, и предвидите), что подруга ея сдлала это отъ любви къ мистеру Франклину Блеку. Затмъ онъ спросилъ ее, не высказывала ли она этихъ предположеній кому-либо другому?
— Я никому не упоминала объ этомъ, ради самой Розанны, отвчала моя дочь.
— Да, наконецъ, и ради мистера Франклина, моя милая, прибавилъ я, находя нужнымъ дополнить ея отвтъ. — Если Розанна
— Совершенно справедливо, сказалъ приставъ Коффъ, снова впадая въ раздумье и, вроятно, сравнивая въ своемъ ум предположеніе Пенелопы съ какимъ-нибудь другимъ изъ своихъ тайныхъ предположеній.
По истеченіи получаса въ комнат госпожи моей раздался звонокъ. Я поспшилъ на ея зовъ, и у дверей встртилъ мистера Франклина, выходившаго изъ кабинета своей тетки. Онъ оказалъ мн, что миледи готова принять пристава Коффа, попрежнему, въ моемъ присутствіи, но что сперва ему самому хотлось бы переговорить съ приставомъ. На возвратномъ пути въ мою комнату, мистеръ Франклинъ остановился въ передней, чтобы взглянутъ на расписаніе поздовъ желзной дороги.
— Неужто вы вправду оставляете насъ, сэръ? спросилъ я. — Миссъ Рахиль, вроятно, одумается, если вы только дадите ей время.
— Да, отвчалъ мистеръ Франклинь, — она, конечно, одумается, услыхавъ, что я ухалъ отсюда съ тмъ, чтобы никогда боле не возвращаться.
Я-было подумалъ, что въ немъ говоритъ одна досада на дурное обхожденіе нашей барышни, но оказалось не то. Наша госпожа сама замтила, что съ того времени какъ въ дом нашемъ появилась полиція, достаточно было упомянуть имя мистера Франклина, чтобы миссъ Рахиль мгновенно пришла въ негодованіе. Онъ же съ своей стороны такъ любилъ свою кузину, что самъ не хотлъ врить такой перемн до тхъ поръ, пока отъздъ ея къ тетк не сдлалъ истину слишкомъ очевидною. Какъ скоро эта жестокая выходка открыла глаза мистеру Франклину, онъ тотчасъ же принялъ ршеніе, — единственно возможное для человка съ характеромъ, — ршеніе ухать изъ дому.
Онъ говорилъ съ приставомъ въ моемъ присутствіи. Объявивъ, что миледи искренно раскаивается въ своей горячности, онъ спросилъ пристава, не согласится ли тотъ, получивъ свою плату, оставить дло алмаза въ настоящемъ его положеніи.
— Нтъ, сэръ, отвчалъ приставь; — я принимаю плату только за выполненную обязанность, но такъ какъ дло еще не кончено, то я отказываюсь отъ нея.
— Я васъ не понимаю, сказалъ мистеръ Франклинъ.
— Въ такомъ случа я объяснюсь, сэръ, отвчалъ приставъ. — Пріхавъ сюда, я взялся разыскать пропавшій алмазъ и теперь ожидаю только позволенія выполнить свою обязанность. Откровенно изложивъ леди Вериндеръ вс обстоятельства дла въ его настоящемъ вид и тотъ планъ дйствій, котораго необходимо держаться для разысканія Луннаго камня, я тмъ самымъ сниму съ себя всякую дальнйшую отвтственность по этому длу. Пусть же миледи ршитъ тогда, продолжить ли мн начатое слдствіе или бросить его. Тогда обязанность моя будетъ исполнена, и я приму назначенную мн плату.
Такими словами приставъ Коффъ напомнилъ вамъ, что и между сыщиками есть люди, которые дорожатъ своею репутаціей.
Взглядъ его на дло былъ до того правиленъ, что трудно было бы возражать противъ него. Между тмъ какъ я вставалъ, чтобы вести его въ комнату миледи, онъ спросилъ мистера Франклина, не желаетъ ли и онъ присутствовать при этомъ разговор.
— Нтъ, отвчалъ мистеръ Франклинъ, — разв если того потребуетъ тетушка.
Но въ то время какъ я выходилъ изъ комнаты вслдъ за приставомъ, онъ шепнулъ мн на ухо:
— Вдь я напередъ знаю, что онъ будетъ говорить о Рахили, а я слишкомъ люблю ее, чтобы равнодушно выслушать это и сдержать свое негодованіе. Лучше идите безъ меня.
