Сказавъ это, она заковыляла по дорог въ Коббсъ-Голлъ. Достоинство мое, подъ вліяніемъ жара слдственной горячки, мгновенно испарилось. Я послдовалъ за ней и попытался было заставить ее говорить; но все было напрасно. Къ несчастью, я былъ мущина, а хромая Люси пользовалась случаемъ помучить меня. Въ тотъ же день, только немного попозже, я ршился попытать счастья у ея матери, но добрая мистрисъ Іолландъ въ состояніи была только плакать, да подчивать меня усладительною влагой голландскаго джина. На берегу я засталъ рыбака. «Сквервое дло», сказалъ онъ въ отвтъ на мои разспросы и снова принялся чинить свою сть. Ни отецъ Люси, ни ея мать не могли сообщить мн боле того что я уже зналъ. Оставалось испробовать послднее средство: завтра утромъ написать къ мистеру Франклину Блеку.
Можете себ вообразить, съ какимъ нетерпніемъ ожидалъ я во вторникъ утромъ прізда почталіона. Онъ привезъ мн два письма. Изъ перваго (которое я едва имлъ терпніе прочитать) я узналъ отъ Пенелопы, что миледи и миссъ Рахиль благополучно водворились въ Лондон. Второе, отъ мистера Джефко, увдомляло меня, что сынъ его господина уже ухалъ изъ Англіи.
Прибывъ въ столицу, мистеръ Франклинъ, кажется, прямо отправился на квартиру своего батюшки. Онъ пріхалъ невпопадъ. Мистеръ Блекъ старшій, по горло занятый длами палаты общинъ, забавлялся въ этотъ день любимою парламентскою игрушкой, называемою ими «проектировкой билля». Самъ мистеръ Джефко провелъ мистера Франклина въ кабинетъ его отца.
— Какъ ты изумляешь меня своимъ неожиданнымъ появленіемъ, милый Франклинъ? Иди что-нибудь случилось?
— Рахиль нездорова, и это меня ужасно безпокоитъ.
— Весьма сожалю о ней, но слушать теперь не могу.
— Ну, а когда же вамъ
— Мой дорогой сынъ! не хочу тебя обманывать. Я весь къ твоимъ услугамъ по окончаніи сессіи, но никакъ не ране. Прощай.
— Благодарю васъ, сэръ. Прощайте.
Таковъ былъ, по донесенію мистера Джефко, разговоръ, происходившій въ кабинет. Разговоръ же за дверями его былъ еще мене продолжителенъ.
— Справьтесь, Джефко, когда отходитъ завтра первый поздъ, отправляющійся въ Дувръ?
— Безъ двадцати минутъ въ шесть, мистеръ Франклинъ.
— Такъ разбудите же меня въ пять.
— Вы узжаете въ чужіе края, сэръ?
- ду куда глаза глядятъ, Джефко.
— Прикажете доложить объ этомъ батюшк?
— Да; доложите ему объ этомъ по окончаніи сессіи.
На слдующее утро мистеръ Франклинъ ухалъ за границу. Куда именно халъ онъ, этого никто не зналъ (въ томъ числ и онъ самъ). Мы могли ожидать отъ него писемъ изъ Европы, Азіи, Африки или Америки. Вс четыре части свта, по мннію мистера Джефко, имли одинакіи права на мистера Франклина. Такое неблагопріятное извстіе, разрушивъ всякую надежду устроить свиданіе между мистеромъ Франклиномъ и хромою Люои, сразу положило конецъ моимъ дальнйшимъ открытіямъ. Убжденіе Пенелопы, будто ея подруга лишила себя жизни вслдствіе безнадежной любви своей къ мистеру Франклину Блеку, подтвердилось словами Люси; но затмъ мы ничего боле не узнали.
Трудно было положительно сказать, заключало ли въ себ предсмертное письмо Розанны то открытіе, которое, по мннію мистера Франклина, она пыталась сдлать ему еще при жизни; или это было не боле какъ ея послднее прощальное слово и призваніе въ неудавшейся любви къ человку, который по своему общественному положенію стоялъ такъ неизмримо выше ея. А можетъ-быть, письмо заключало въ себ только объясненіе тхъ странныхъ поступковъ ея, за которыми слдилъ приставъ Коффъ, съ той самой минуты, какъ пропалъ Лунный камень, и до того времени, когда она ршилась искать смерти въ зыбучихъ пескахъ. Запечатанное письмо отдано было хромой Люси и такимъ же неприкосновеннымъ осталось оно какъ для меня, такъ и для всхъ окружающихъ ее, не исключая даже мистера и мистрисъ Іолландъ. Мы вс подозрвали, что ей извстна была тайна Розанны, и длали попытки разузнать отъ нея хоть что-нибудь, — но все было напрасно. Вс слуги, убжденные, что Розанна украла и спрятала алмазъ, по очередно осмотрли и обшарили утесы, къ которымъ вели слды оставленные ею на песк, но и кто оказались безуспшнымъ. Приливъ смнялся отливомъ; прошло лто, наступила осень, а зыбучіе пески, сокрывшіе въ себ тло Розанны, схоронили вмст съ ней и ея тайну.
Извстіе объ отъзд мистера Франклина изъ Англіи въ воскресенье утромъ, равно какъ и извстіе о прибытіи миледи съ миссъ Рахилью въ Лондонъ въ понедльникъ посл полудня, дошли до меня, какъ вамъ извстно, во вторникъ. Среда окончилась, не принеся съ собой ничего; въ четвергъ же пришелъ новый запасъ новостей отъ Пенелопы.
