— Государь, — почтительно сказал сын. Если послать их обычным путем, через Каркемиш, то войску придется идти не менее двух месяцев. Если собрать караван из верблюдов с водой, то за месяц можно пройти насквозь Сирийскую пустыню, и выйти на Дамаск.
— Это очень рискованно, — сказал Великий виночерпий. — Там живут только страусы и дикие ослы. Ну, и арамеи-кочевники. Можно идти неделями и не встретить воду. Повелитель, мы можем потерять всю армию в этой войне. Одна песчаная буря, и все погибнут. Это будет небывалый поход, государь.
— Пусть идут через пустыню. Там будут вавилоняне, я готов рискнуть.
Почтенный купец Син-или расторговался с хорошей прибылью, и уже скоро караван должен был пойти назад, в Аншан. Несмотря на всю вражду между Ассирией и Персидским царством, торговля не затихала. Никому даже в голову не приходило обрубить кровеносную артерию, по которой текли деньги. Как иначе в Вавилон попадут индийские специи, если весь восток принадлежит персам? И как в Персию попадет финикийское стекло, если дорога оттуда идет через Ашшур и Вавилон? Так что война войной, а торговля торговлей. Тем более, что Вавилон как-никак отдельным царством был, со своими законами. Поначалу Син-или беспокоился, не ищут ли его после той историей с князем Укки, но после казни двух подряд Абаракку, эта история прочно ушла на дно, будучи погребена под ворохом новых проблем. Никому тут, он, скромный купец, был не интересен.
Син-или одним из первых снарядил караваны в Манну, благо пошлин внутри персидского царства не было, и пригнал оттуда коней на продажу. В Мидию, за лошадьми же, поехал его старший сын, проходя через владения звероподобных киммерийцев, о чем раньше и подумать было невозможно. Наместник четвертой сатрапии туго знал свое дело, и на новых землях было безопасно. Коней хорошо брали в Сузах, где формировались новые отряды катафрактов, но этого было мало. Син-или хотел наладить поставки железа из Урарту и Каркемиша, но сделать это напрямую было невозможно, великий царь не разрешал. Почти все железо скупал он сам, либо получал его в виде дани. Говорят, в его дворце в Дур-Шаруккине, склады до потолка завалены слитками из этого металла. Син-или аккуратно интересовался у знакомых купцов по поводу поставок, но пока никто не рисковал ввязываться в контрабанду стратегического товара. Тут почтенному купцу не подфартило, но вот в другом — еще как. На рынке была суета. В город шло местное ополчение во главе с вавилонской знатью. Они скупали фляги, кожаные бурдюки и большое количество верблюдов. Изумленные торговцы спрашивали друг друга о причине столь необычных покупок. Ответ появился быстро. Отряд вавилонян шел на подавление мятежа в Иудее, и путь его будет пролегать через Сирийскую пустыню. Это было неслыханно. Никогда великий царь не слал в походы вавилонское войско, и никто и никогда не ходил через великую пустыню, где кроме кочевников и людей-то нет на недели пути. Воины были злы, а командиры — просто в ярости. Если бы с ними не шла полная тысяча отборных ассирийских бойцов, то войско взбунтовалось бы, считая, что их ведут на верную смерть. Проводники из арамеев запросили неслыханные деньги, и при этом не давали гарантии, что в колодцах по дороге будет столько воды, чтобы хватило такой прорве людей и животных. Скорее не так, они давали гарантию, что воды на такую прорву людей точно не хватит.
Купец размышлял. Скорее всего, эта информация была очень ценной, а это значит, ее нужно доставить в Сузы незамедлительно. Тут серьезной наградой пахло. Слышал он как-то, что одному купцу так налоги за целый год простили. Денег столько сэкономил, что роскошную свадьбу для сына закатил и писаную красавицу ему в жены взял, отдав царский калым. Ему тогда весь базар завидовал. Налоги в персидском царстве, конечно, очень высокие, тут ничего не попишешь. Но зато взяток нет, а это тоже деньги. И грабежей на дорогах нет, а значит охраны куда меньше. А это еще деньги, и немалые. Так что, как ни крути, государство те налоги до последней монеты отрабатывает, грех жаловаться. Хороший царь правит, дай ему здоровья светлый Ахурамазда.
— Мазай! — позвал купец перса-охранника. Тот подскочил, почтительно склонив голову.
— Слушаю, господин.
— За сколько в Сузы сможешь доскакать?
— За десять дней, если на двух конях, господин.
— Если в неделю уложишься, десять сиклей серебра получишь.
— Уложусь, — сверкнул глазами перс. — Кони покрепче нужны, мяса вяленого, чтобы на ходу есть, два кожаных бурдюка и колчан стрел. Тигр на бурдюках переплыву тогда.
— Все получишь, — уверил его купец. — В Сузах пойдешь прямо к сиятельному Хутрану…
Перс проглотил слюну. К самому сиятельному по доброй воле никто не ходил, но мысль о десяти сиклях грела душу.
