Ее волосы собраны на затылке в небрежный пучок, руки гибки от многочасовых занятий пилатесом и балетом, а жар от воды придает коже сексуальный блеск.
Мэдс всегда выглядела чуточку лучше меня, и это всегда бесило.
И она сидит близко к Гаррету, немного ближе, чем следовало.
Не то, что бы я слишком беспокоилась, что он может мне изменить — оба знали, что я убью их, если подобное случится — я просто хотела, чтоб Гаррет принадлежал только мне.
Мы встречаемся только два месяца.
Все думают, что я встречаюсь с ним, потому что он — звезда футбола в школе, или потому что он выглядит сногсшибательно на вершине спасательского стэнда у бассейна на курорте «W», или потому что у его семьи есть пляжный дом в Кабо Сан Лукас, куда они ездят каждую весну.
На самом деле мне нравится Гаррет, потому что он немного…испорчен.
Он — не такой, как все остальные напыщенные парни в округе, живущие прелестной, не богатой событиями, непроницаемо изолированной, загородной жизнью.
Я втискиваюсь между ними, холодно улыбнувшись Мэделин.
— Ты ведь не щупала моего парня под водой, Мэдс? Я знаю, ты не всегда отличаешь парней.
Лицо Мэделин вспыхнуло.
Не так давно, сразу после исчезновения ее брата, Тайера, Мэдс целовалась с темноволосым парнем из Вентана Преп на вечеринке в пустыне.
Спустя некоторое время она отошла, чтобы освежить свой напиток, вернулась в предназначенное для поцелуев место и продолжила целоваться снова… только этот новый парень был блондином.
Мэделин даже не заметила этого по крайней мере в течение нескольких минут, я была единственной, кто видел.
Иногда мне кажется, что Мэдс действительно пытается изображать Линдси Лохан: красивая девушка становится шалуньей, пускается во все тяжкие и прожигает жизнь.
Я хлопаю Мэделин по мокрому от пара плечу.
— Не беспокойся.
Я сохраню твой секрет.
Я показываю, что закрываю рот на замок и выкидываю ключ.
А потом нырнула в горячую воду.
Некоторые девушки любят заходить в воду медленно, покрикивая в то время, как по дюйму погружаются в воду.
Мне нравится погружаться сразу.
Жар, заставлявший глаза слезиться, доставляет удовольствие.
Следующей из-за камней появляется Шарлотта.
Она все еще одета в пляжную тунику и прикрывает руками свои бледные пухлые ноги.
Мы подбодряем ее криками.
Лорел идет сразу за Шарлоттой, истерично хихикая.
Я вздыхаю, под водой пальцы сжимаются в кулаки.
Что Лорел здесь делает? Я ее не приглашала.
У Гаррета звонит телефон.
МАМА, сообщил определитель номера.
— Я лучше отвечу, — прошептал он.
Он выпрыгивает из источника, вода выплеснулась на камни.
— Алло, — говорит он ласковым голосом, исчезая за деревьями.
Мэделин добродушно закатывает глаза.
— Гаррет такой маменькин сынок.
— У него на это есть свои причины, — говорит Шарлотта голосом всезнайки.
Она опирается на камни рядом с источником.
— То есть, когда мы были вместе…
— Тогда почему ты не познакомила нас раньше, Шар? — прервала я, желая заткнуть ее до начала одного из я-знаю-как-лучше-с-тех-пор-как-встречалась-с-твоим-парнем-раньше-тебя монологов.
Шарлотта вытаскивает ноги из воды.
— С меня хватит, — чопорно говорит она.
Я хихикаю.
— Да ладно.
Ты что, боишься того, что от жары твоя кожа покроется пятнами? Ручаюсь, некороторым парням это даже нравится.
Шарлотта кривит губы и отодвигает голые ноги еще дальше от воды.
— Мне и здесь хорошо, Саттон.
— Как хочешь.
Я беру Айфон Мэделин с соседнего камня.
— Время для фото! Соберитесь все вместе!
Мы все втискиваемся в кадр, и я запечатляю момент.
— Хорошо, но не великолепно, — говорю я, смотря на результат.
— Мэдс, ты опять состроила личико королевы красоты.
Я обрамляю лицо руками и изображаю улыбку а-ля «все-что-я-хочу-это-мир-во-всем-мире».
Лорел смотрит мне через плечо.
— Я не вся в кадре.
Она показывает на руку — единственную часть своего тела на фото.
— Я знаю, — говорю я.
— Так и было задумано.
Лицо Лорел омрачает печаль.
Мэделин и Шарлотта неловко передвигаются.
Через мгновенье, Шарлотта трогает Лорел за плечо.
— Мне нравится твое ожерелье, Лор.
Лорел еле заметно улыбается.
— Спасибо! Я только сегодня его купила.
— Очень милое, — согласилась Мэделин.
Я наклоняюсь посмотреть вокруг чего все суетятся.
Большой серебряный круг свисает с шеи Лорел.
— Я могу взглянуть? — спрашиваю я Шарлотту самым милым голосом, на который способна.
Лорел нервно косится на меня, потом пододвигается ближе.
— Симпатично.
Я провожу пальцами по медальону.
— И очень знакомо.
Сузив глаза, я поднимаю волосы с шеи и показываю такое же ожерелье.
Оно было у меня уже очень давно, но я стала носить его только недавно.
Я объявила, что это — моё коронное ожерелье, как у Николь Ричи её туника или у Кейт Мосс — спортивная куртка и джинсовые микрошорты.
Лорел тоже слышала, как я это говорила.
Она также присутствовала, когда я сказала, что больше никогда его не сниму.
Снять его с меня можно только через мой труп.
Лорел теребит завязки на верхней части бикини.
Она одета в то, что я называю шлюха-кини — завязки такие тонкие, а треугольники такие маленькие, что она практически показывает бесплатное пип-шоу[5].
— Мое ожерелье не точно такое же, — спорит она.
