«Мари, не смей кричать! Ты должна подключиться к тиарану. Что ты ведешь себя как ребёнок? Малейшее препятствие на твоём пути и ты немедленно зовёшь на помощь. Так нельзя, дорогая. Пора тебе повзрослеть и решать свои проблемы самостоятельно. Давай рассуждать логически — ты находишься внутри машины, и она влияет на твои чувства и эмоции. Понимаю, тебе нехорошо, но это не повод для истерик. Не разводи панику, — ведь ты мешаешь умной машине выполнять задуманное, — после недолгого молчания внутренний голос мягко добавил: — Мари, ты помнишь, что поставлено на карту? Ведь твоя жизнь ничто перед твоим долгом и его тяжесть не переложить на чужие плечи. Как бы ты ни скромничала, именно тебе решать задачу — как убраться с гибнущей планеты: другим такое не под силу. Конечно, ты можешь струсить и сойти с ума. Только в этом случае, моя дорогая, гибель вампирской расы будет целиком на твоей совести».
В девушке немедленно взыграло упрямство.
«Не буду подключаться к тиарану и точка! Нефиг давить на меня! Кроме общественного долга на моей совести есть иной долг, и он для меня важнее! Я не выполнила свое обещание данное Рени и не присмотрела за Аннабель! Если я погибну в ходе эксперимента, кто ей поможет?»
Но внутренний голос не сдавался.
«Глупости, моя дорогая! Признай что здесь от тебя гораздо больше толку, чем в районе боевых действий! Наверняка Эльза решила сама позаботиться об Аннабель, потому руками Ника заперла тебя на Старой базе. Сама прекрасно понимаешь почему, как новичок ты будешь для неё обузой. Ей совсем не нужно, чтобы ты мешалась у неё под ногами».
«Может быть и так, — колеблясь, ответила Мари. Понемногу она сдавала позиции, и наконец, решилась выдать свой главный страх, почему не хочет подключаться к тиарану. — Пойми, я не могу, потому что не доверяю Нику! Я до сих пор не понимаю, за каким чертом он распределил меня в спецназ! Чего он этим добивался? Кроме желания ухлопать меня чужими руками ничего другого не приходит мне в голову. Считаю это достаточной причиной, чтобы отказаться от сомнительного эксперимента».
Её мгновенно перебил холодный внутренний голос:
«Давай без истерик, моя дорогая! Причём здесь Ник? Что бы он ни замышлял, какое тебе дело? Пойми в настоящее время он заодно с тобой. Мари, не медли! Твоя главная цель — любой ценой выполнить поставленную задачу! Короче, если ты сию минуту не решишься на подключение к тиарану, то катись ко всем чертям! Трусиха!»
«Мне очень страшно, но я не трусиха! — возмущенно отозвалась девушка и собралась с духом. — Хорошо, пусть будет по-твоему. Я готова, дерзай, тиаран!.. Не медли, гад! Подключайся на полную мощность, пока я не передумала!»
В сознании Мари слабым эхом отдалось чье-то постореннее удивление и осознание того, о чем она говорит. Рассыпался хрустально-звонкий смех и нежный голосок с торжеством пропел: «Я мыслю, значит, существую! Приветствую тебя, воплощение Лотиэль! Спасибо, что ты подарила мне жизнь! Не бойся, малышка, я буду очень осторожен!» И кристально ясная цепь логических размышлений затопила сознание девушки. Замерев, она с восторгом созерцала их совершенную простоту, а затем нырнула в глубины математических построений.
Поначалу все шло хорошо, но затем перед её мысленным взором промелькнули немыслимые по своей чужеродности картины. Они показались ей страшнее самого ужасного кошмара, потому что многомерность видений пугала её до смерти. Человеческий разум оказался не в состоянии классифицировать поступающую информацию. Сравнительный анализ не действовал: не было соответствующей базы-справочника. Новое настолько не вмещалось в рамки привычного знания, что пошла перегрузка мозга, и он забастовал. Сработал внутренний предохранитель, и девушка отключилась. С беззвучным воплем она провалилась на самое дно небытия.
Мир древней легенды. Мир храбрых, но жестоких сердец
Распавшиеся половинки ее личности вновь воссоединились, и Мари почувствовала ни с чем несравнимое облегчение.
Неожиданно она осознала, что находится в незнакомом величественном зале и медленно поплыла, озирая его сдержанную роскошь. С неподдельным восхищением она любовалась сложной замысловатой мозаикой полов, выполненной из серого и черного блестящего камня отделанного сложными растительными узорами из золота. На стенах из зелёного и белого камня повторялись те же растительные орнаменты. Вдоль центрального прохода располагались двумя рядами золотые квадратные колонны, украшенные наверху пилястрами из фиолетового резного камня. Другим украшением зала служили изумительно выполненные фигурки зверей, птиц и прекрасные беломраморные фонтаны, рассыпающие в воздухе струи воды.
