Чрез полтора месяца Юрис получил на счет долгожданные деньги. За это время он выучил больше сотни греческих слов, навел справки через друзей, что там и как. Узнал, что его подружка-однокурсница из Академии художеств вышла замуж за грека и проживает с ним в Гераклионе на Крите. Рюкзак был собран, краски, кисти и мольберт он тоже прихватил с собой. Купить за сто двадцать латов билет до Крита нереально, но и тут ему повезло – чартерный самолет был загружен не полностью, и ему продали билет за восемьдесят.
Проходя через таможенный контроль, он мысленно давал себе клятву больше никогда не возвращаться в эту страну, где полгода на небе висят серые тучи, деревья эти же полгода в мольбе протягивают к небу голые ветви, прося больше солнца, а зимой вместо мороза сырость и слякоть.
В аэропорту его встретили однокурсница с мужем. Пока ехали на машине к их дому, она порадовала Юриса. В отеле, где работал ее муж, нашлась вакансия официанта, там отдыхает много туристов из России и надо знать русский, но самое главное, что там предоставляют жилье, а для начала это очень хорошо. Юрис обрадовался – все складывалось как нельзя лучше и, наверное, в свободное время он сможет писать картины.
В квартире их жило четверо, на каждого по комнате; двое были греки с материка, один литовец и Юрис. Утром в пять все были уже на ногах, быстро завтракали и отправлялись на работу, куда их отвозил служебный автобус. Официантом Юрис работал не впервые, еще будучи студентом ему не раз приходилось подрабатывать в рижских ресторанах.
Утром они обслуживали клиентов в отеле на завтраке, днем работали в ресторане у берега моря, куда заскакивали перекусить греющиеся на солнце отдыхающие, а вечером в главном здании отеля они суетились между столиками, угождая привередливой публике. Некоторые клиенты были очень милые люди, с которыми можно было пошутить, другие корчили из себя директоров земного шара и свысока смотрели на обслугу, отпуская недовольные замечания. Но по закону обслуживания клиент всегда прав, даже если он идиот.
Когда Юрис случайно подошел к столику Виктора, заговорив с ним, тот, узнав, что официант еще и из Риги, сразу пригласил его после работы выпить за компанию. Юрис тоже обрадовался, всегда приятно встретить на чужбине своего. Это россияне при выезде за границу чаще всего делают вид, что они друг друга знать не знают. А все остальные всегда рады видеть земляка или просто человека, говорящего с тобой на одном языке, и поприветствовать его бокалом вина или хотя бы стаканом воды. От вина Юрис отказался, на работе запрещено, а вот вечером обязательно обещал подойти и показать Виктору маленькую таверну у самого входа в их отель.
Таверна «Жареный окунь» славилась у отдыхающих хорошей кухней и плохим домашним вином, поэтому посетители запивали морские деликатесы обычным добрым немецким пивом и крепкой местной водкой. Юрис с Виктором говорили по-латышски, что заставляло окружающих прислушиваться и гадать, откуда эти двое.
Местная виноградная водка сделала свое дело, развязала языки и подняла настроение. Юрису уже казалось, будто он просто отдыхает на Крите, и все былые невзгоды – всего лишь неприятный сон. А после того, как он услышал историю про негаданный приз Виктора, удивленно, почти завистливо промолвил:
– Везет же людям! А я вот самое большее, что выигрывал, это в карты, еще в Академии художеств, латов десять, ну, может, пятнадцать.
– Да и я тоже никогда ничего не выигрывал, все зарабатывал только своими руками, это для меня чудо какое-то!
– Согласен! Честным трудом можно заработать только грыжу!
– Профукали, уроды, социализм! Сейчас хорошо живут только те, кто к власти прорвался или вертится возле нее. Да я на доске почета висел и за счет профсоюза в Крым два раза ездил!
Юрис неодобрительно посмотрел на Виктора.
– А я за капитализм, я коммунистов не люблю.
– Наверное, сам надеешься, что когда-нибудь к власти прорвешься и скрадешь что у трудового народа! А мне вообще никто из них не нравится. К власти обычно рвутся те, кто сам ничего не создал, ни в бизнесе, ни в творчестве. Конечно, среди них есть и нормальные, кто за идею! Но это только вначале, а потом они за хлебное место глотки друг другу готовы рвать!
– Да ладно тебе, Виктор, чего мы воздух бессмысленно сотрясаем! Ни ты, ни я все равно ничего решить не сможем, давай лучше еще по одной, – и Юрис потянулся к нему чокнуться рюмкой.
В это время в таверну зашел солидный мужчина в белых шортах и розовой рубашке с белыми цветочками. На голове у него, несмотря на то, что уже наступил вечер, была соломенная шляпа с широкими полями. Окинув взглядом всех присутствующих, он сразу же направился к столику, где отдыхали новые приятели.
– Добрый вечер, уважаемые земляки! Мне приятно было услышать родную речь, может, позволите с вами пропустить по рюмочке?
И, не дожидаясь их согласия, подозвал официанта и заказал бутылку дорогого коньяка.
