Алина вышла из подъезда, а он смотрел с балкона на худенькую фигуру в черном платье и в босоножках на высоких каблуках. Внутри всё умирало, и образовывалась чёрная глубокая пустота. Как будто у какого-то школьника потекла шариковая ручка, чернила капнули на тетрадь, и пятно разрасталось всё больше и больше, портя всё, что было написано ранее. Похожее происходило и с Кириллом, только чёрное пятно испачкало не тетрадь, а его сердце. Алина замедлила шаг и оглянулась. Даже с пятого этажа было видно, что по её щекам текут слёзы, но она смогла выдавить из себя улыбку и помахать ему рукой. Он также криво улыбнулся и вернулся в комнату, не дожидаясь, когда Алина скроется из вида, подобно Мефистофелю, забирая с собой его душу.
Через полчаса Кирилл вышел на улицу и поехал к бабе Вале. По дороге позвонил жене и сказал, что ему нужно помочь матери, которая уже две недели жила у больной свекрови и ухаживала за ней. Он не мог сейчас видеть Марину, поэтому был готов ехать куда угодно, только не домой. Жена, как всегда, согласилась с ним. Марина никогда и ни в чём ему не перечила, от чего на душе Кирилла стало ещё более паршиво.
Алина
– Мама-а-а! – кричал Коля во весь голос. – Помоги мне нарисовать робота с бластером!
– Коля, ты так орёшь, что я подумала, прилетели инопланетяне из другой галактики и хотят тебя похитить! – говорила Алина с серьёзным видом, для убедительности нахмурив брови и скрестив руки груди.
– Это правда, что за мной могут прилететь инопланетяне? – светло-голубые глаза Коли округлились от страха.
– Конечно! Один гуманоид сейчас здесь. Он вселился в тело твоей мамы и забирает с собой на край Вселенной всех непослушных мальчишек с планеты Земля!
Алина, изображая на лице страшную гримасу с перекошенным ртом и выпученными глазами, подошла к сыну и начала его щекотать, а мальчик громко хохотал и визжал, вырываясь из материнских рук.
– Ты помыл руки после прогулки? – Алина говорила хриплым голосом, изображая злого гуманоида, чем вызвала ещё больше смеха у маленького проказника.
– Забыл. Сейчас я быстро помою, мам. Хватит меня щекотать!
– Если помоешь руки и будешь слушаться маму, то я не увезу тебя в другую галактику!
– Обещаю слушаться маму!
– Тогда я исчезаю! Прощай, мальчик с планеты Земля!
– Мама, давай ещё поиграем в инопланетян, пожалуйста!
– Нет, Коля. Ты обещал вымыть руки, а потом будем обедать, – сказала Алина серьёзным тоном, прекратив кривляться.
– Я хочу рисовать.
– Обязательно порисуешь, только сначала – марш в ванную!
– Хорошо, – недовольно проворчал ребенок.
В начале сентября Алина приехала в Тулу, чтобы забрать сына домой. Коля почти всё лето прожил с бабушкой и дедушкой в доме, где до него Алина провела детство. У мальчика в квартире Завадских теперь была собственная комната – бывшая комната его матери, а во дворе он подружился с несколькими ребятами, его ровесниками, и проводил летние месяцы весело и беззаботно, как подобает пятилетнему ребёнку. Обычно в мае Алина уезжала с сыном на дачу в Крым. В июле они возвращались в Москву, потому что Алина не переносила жару, а в конце августа приезжали обратно в Гаспру и жили там до октября. Начало осени было самой любимой порой Алины, и в сентябре в последние годы она всегда находилась в Крыму. Поток туристов изо всех уголков страны осенью заметно уменьшался, пляжи пустели, солнце уже не так палило, как летом, а температура воды не опускалась ниже 25 градусов. Но в этом году из-за работы поменялись планы, поездка на дачу откладывалась на неопределенное время, а Колю пришлось отвезти в Тулу. Игорь уговаривал Алину бросить работу и отправиться в Гаспру с сыном, не изменять устоявшимся укладам их семейной жизни, но она категорически отказалась.
