Некоторые утверждают так: «Я» и мир являются воспринимающими безмерное. Только это правда, а всё остальное ошибочно».
Некоторые утверждают так: «Я» и мир [переживают] только удовольствие. Только это правда, а всё остальное ошибочно».
Некоторые утверждают так: «Я» и мир [переживают] только боль. Только это правда, а всё остальное ошибочно».
Некоторые утверждают так: «Я» и мир [переживают] и удовольствие и боль. Только это правда, а всё остальное ошибочно».
Некоторые утверждают так: «Я» и мир [переживают] ни удовольствие, ни боль. Только это правда, а всё остальное ошибочно»{510}.
В этом отношении, монахи, что касается тех жрецов и отшельников, которые придерживаются такой доктрины и воззрения как это: «Я» и мир являются вечными. Только это правда, а всё остальное ошибочно» — то не может быть такого, чтобы у них было бы какое-либо ясное и чистое личное знание [об этом] без [опоры] на веру, без [опоры] на одобрение, без [опоры] на устную традицию, без [опоры] на умозаключение посредством обдумывания, без [опоры] на согласие с воззрением после рассмотрения{511}. Поскольку у них нет ясного и чистого личного знания, то даже частичное знание, которое проясняют [своими воззрениями] эти почтенные жрецы и отшельники, является у них цеплянием{512}. Это обусловленное и грубое, но ведь есть прекращение формаций». Познав: «Здесь есть это», видя спасение от этого, Татхагата вышел за пределы этого.
В этом отношении, монахи, что касается тех жрецов и отшельников, которые придерживаются такой доктрины и воззрения как это: «Я» и мир не являются вечными…»…«Я» и мир [переживают] ни удовольствие, ни боль. Только это правда, а всё остальное ошибочно» — то не может быть такого, чтобы у них было бы какое-либо ясное и чистое личное знание [об этом] без [опоры] на веру, без [опоры] на одобрение, без [опоры] на устную традицию, без [опоры] на умозаключение посредством обдумывания, без [опоры] на согласие с воззрением после рассмотрения. Поскольку у них нет ясного и чистого личного знания, то даже частичное знание, которое проясняют [своими воззрениями] эти почтенные жрецы и отшельники, является у них цеплянием. Это обусловленное и грубое, но ведь есть прекращение формаций». Познав: «Здесь есть это», видя спасение от этого, Татхагата вышел за пределы этого{513}.
Ниббана здесь и сейчас
Монахи, бывает так, что некий отшельник или жрец с оставлением воззрений о прошлом и будущем, за счёт полного отсутствия настроенности на оковы чувственного удовольствия, входит и пребывает в восторге отречения{514}. Он думает: «Это умиротворённое, это возвышенное — что я вхожу и пребываю в восторге отречения». Этот восторг прекращается в нём. С прекращением восторга отречения возникает грусть, и с прекращением грусти возникает восторг отречения{515}. Подобно тому, как солнечный свет заполняет ту область, которую покидает тень, а тень заполняет ту область, которую покидает солнечный свет, то точно также с прекращением восторга отречения возникает грусть, и с прекращением грусти возникает восторг отречения.
Татхагата, монахи, понимает это так: «Этот почтенный отшельник или жрец с оставлением воззрений… и с прекращением грусти возникает восторг отречения. Это обусловленное и грубое, но ведь есть прекращение формаций». Познав: «Здесь есть это», видя спасение от этого, Татхагата вышел за пределы этого.
Монахи, бывает так, что некий отшельник или жрец с оставлением воззрений о прошлом и будущем, за счёт полного отсутствия настроенности на оковы чувственного удовольствия, а также с преодолением восторга отречения входит и пребывает в немирском счастье{516}. Он думает: «Это умиротворённое, это возвышенное — что я вхожу и пребываю в немирском счастье». Это немирское счастье прекращается в нём. С прекращением немирского счастья возникает восторг отречения, а с прекращением восторга отречения возникает немирское счастье. Подобно тому, как солнечный свет заполняет ту область, которую покидает тень, а тень заполняет ту область, которую покидает солнечный свет, то точно также… немирское счастье.
Татхагата, монахи, понимает это так: «Этот почтенный отшельник или жрец с оставлением воззрений… с прекращением восторга отречения возникает немирское счастье. Это обусловленное и грубое, но ведь есть прекращение формаций». Познав: «Здесь есть это», видя спасение от этого, Татхагата вышел за пределы этого.