— Мне нравится, — он поднимает на меня вопросительный взгляд, а я с улыбкой смотрю то на тапочки, то на него. — Точно, а разве пленнице положено носить такие вещи и завтракать вне комнаты? — «И вообще, как долго я буду в плену?» Что-то я не понимаю, для чего я здесь. Думаю можно найти другой способ поблагодарить за спасение моей жизни. Чон расплылся в довольной улыбке, слегка приподнимая правый уголок губ.
— Скажу по секрету, — он наклонился ближе к моему ушку, — я с пленницами не занимаюсь сексом, а уже тем более не остаюсь на ночь, — мягкий тембр его голоса и теплое дыхание заставили меня замереть, тяжело и медленно поглощая кислород. Пока я пыталась понять смысл его слов и отойти от сладостного ощущения в груди, Чон успел спокойным шагом выйти из комнаты. От раздумий меня пробудил щелчок замка, я мигом подбежала к двери. Надеясь, что мне показалось, дернула за ручку, но дверь оказалась заперта.
— Чон Хосок! Открой сейчас же дверь! — барабаня по ней, требовала я.
— Побудешь в комнате, пока я не вернусь, это будет твое наказание, — я слышала в его голосе усмешку. Мафиози недоделанный! Вернешься, я тебе устрою сюрприз. И я уже заприметила предмет, который мне в этом поможет.
Примечание к части
Как вам глава? (Что-то я тоже захотела себе такие тапочки).
Пишите комментарии, делитесь своими мыслями. (ღ˘⌣˘ღ)
Глава 14 - Признание.
Хосок запер меня в своей комнате, при этом оставив без обеда. Интересно, он это специально? Мой живот сводило от голода. Но я стоически продолжала ждать, когда вернется Чон. В руках я держала его любимую, одну из любимых, фарфоровую вазу, которой так и хочется заехать ему по голове.
Время шесть вечера, за дверью послышались чьи-то шаги, а вместе с ними и голоса. Вот он, мой час расплаты. Подхожу к двери и, замахнувшись, жду, когда дверь откроется. Поворот ключа, ручка опускается вниз, вижу ногу, что входит в комнату. Это мой шанс. Облом.
— Серьезно? Так ведь и убить можно, — обреченно вздыхает Тэ, забирая мое оружие из рук. — Мне казалось, что вы нашли общий язык.
— Не думаю, что такой момент настанет, — фыркаю, опуская руки вниз.
— А ну да, ну да, — иронично прозвучало, он поставил вазу на место. — Это так же, как и когда я сказал, что ты будешь сама исполнять его прихоти, если узнаешь правду.
— Мне не нравятся твои намеки.
— Кстати, милые тапочки, — переводит тему разговора. Я первый раз вижу на его лице улыбку, она еле заметная, но всё же, это улыбка.
— А почему ты зашел в комнату Хосока? — возвращаю его взгляд на себя.
— Он попросил первым зайти, и теперь догадываюсь почему, — снова невозмутимое лицо.
— Ну что, ты живой? — в комнату входит Хосок.
— Как видишь, — разводит руками, — но постарайтесь не впутывать меня в свои разборки, — похлопав Чона по плечу, Ким собирался выйти, но остановился в проходе. — И да, ваза дорогая, — обращаясь ко мне, напоследок сказал он.
— Опять ваза? — "Не пойму, он удивлен или зол?" — Тебе мало той, что ты уже разбила? — подходит ближе. — Или тебе нравится получать наказание? — он совсем рядом. — Ну так что? — он приподнимает мой подбородок, заставляет встретиться с его глазами. Темно-карие, глубокие и неизведанные, как дно океана, в котором скрыта опасность для всех, кто решится туда нырнуть. Он словно пытается прочесть мои мысли, предугадать действия. Его губы становятся ближе к моим, обдавая их теплым дыханием. Я ощущаю сладостный аромат духов, что навевает воспоминания бурных ночей.
Но только моё тело, а именно нехватка еды в нем, дает о себе знать, издавая протяжные и жалобные звуки. Сбивая с толку двух взрослых и весьма разгоряченных людей.
— Такого я точно не предвидел, — с досадой произносит Чон, беря меня за руку, и выводит из комнаты.
— Не дал позавтракать, запер в комнате оставив без обеда, а теперь ещё недоволен чем-то, — говорю ему в спину, так как не успеваю за его быстрым шагом. Да и в таких тапочка быстро не побегаешь.
— Конечно недоволен, такой момент упущен, — даже не скрывает этого.
Мы зашли на кухню, он усадил меня за стойку и принялся что-то готовить. Я думала, он попросит служанку, но нет. Закатав рукава, принялся нарезать овощи и мясо. На огне уже стояла кастрюля с водой. В которую позже он опустил спагетти. Мясо и овощи были обжарены, после чего к ним добавили соус. От исходящего аромата живот стал ещё громче урчать, чем заставлял меня краснеть. Хосок улыбнулся, но не стал поднимать головы, продолжил свою готовку. Наконец блюдо было готово, мясной соус и спагетти гармонично лежали в тарелке. Накрыв на стол, он сел напротив меня. Жестом руки, показывая, что я могу приступать.
Я поднесла вилку с едой ко рту, но она оказалась очень горячей, поэтому пришлось на неё подуть, вытягивая губы в трубочку.
— Не делай так, — буркнул Хосок, на что я вопросительно похлопала глазами, изображая непонимание. — Не вытягивай так губы, иначе не успеешь съесть свой ужин, — пошло улыбаясь, Чон поднес к своему рту вилку с едой. Вот ведь озабоченный, даже поесть спокойно не даст.
