Это «не то» повисло над ним дамокловым мечом, потому что оно относилось ко всему, что Андрей видел перед собой, и ко всему, что при этом не было Яром, которого он, собственно, и не видел толком с самой весны.
Средства массовой информации, американские фильмы и Рита уверяли, что любовь проходит. Андрей такой уверенности в себе не ощущал.
Всё еще ему снилось, как руки Яра скользят по его телу, как проникают внутрь и как ласкают его с двух сторон. Как он прогибается навстречу этим рукам и стонет – стонет искренне и открыто, зная, что всё так, как и должно быть.
Никогда, ни разу за все три года, Андрей не сомневался в том, что должен Яру принадлежать. Это была неоспоримая истина, и когда он оказывался в этих сильных руках - ему просто было хорошо.
Теперь, после знакомства с Эдуардом, глядя на каждого симпатичного мальчика в баре и убеждая себя, что, перефразируя слова Яра: «и ему пора завести себе кого-нибудь», Андрей заранее пытался представить, сможет ли он подпустить этого мальчика, пусть и самого симпатичного, к себе? Даже если его руки будут приятны, сможет ли он позволить ему проникнуть в себя? И ответ был однозначный: нет. Никто из них не годился для того, чтобы он мог ему принадлежать. И никого из них он не хотел сам – так, как хотел Яра всегда. Так, как хотел его даже теперь.
От осознания безысходности своего положения Андрею хотелось взвыть. На трезвую голову мир казался ещё уродливее, чем в пьяном бреду.
В довершение всего, к удивлению Андрея, Эдуард не оставил своих попыток наладить контакт.
Через несколько дней снова зазвонил телефон – на сей раз у него дома, и Андрей услышал знакомый уже приятный голос:
- Привет. Ты ещё не спишь?
Андрей замешкался. Голос Эдуарда действовал на него волшебным образом. Это был человек, которому было очень трудно отказать или соврать.
- Нет, я читаю.
- Что читаешь?
- Лермонтова. Смешно, да?
- Нет. Я тоже люблю Кавказ.
Андрей промолчал. Дело было не в Кавказе, а в чувстве ненужности, которое дышало на него со страницы книги, уносило с головой. Он никогда не отличался любовью к классике, да и к книгам вообще, но в последнее время его вдруг потянуло читать – шума клубного зала хватало с головой, и смотреть нарезку ширпотреба, которую крутили по ТВ, не было никаких сил. Не прельщали его и фильмы – пустые и полные насилия, которого он вдоволь насмотрелся наяву.
- Андрей, я хотел обсудить с тобой случившееся повторно. В прошлый раз у нас получилось не очень хорошо.
Андрей вздохнул.
- Я не поеду к вам, Эдуард. Вы хороший человек, но…
- Позволь, я сначала договорю.
Андрей молчал, решив не вступать в спор.
- Я могу предложить тебе очень много. Очень, очень много. Тебе никогда не потребуется работать. Тебе никогда не потребуется заниматься бизнесом.
- Я люблю свой клуб.
- Хорошо. Пусть это будет твоя игрушка.
- А я взамен буду вашей?
- Это очень грубое виденье вопроса. Как я и сказал, я дам тебе очень много - и я готов уважать тебя. Ты интересен мне. Я не из тех, кто любит простые…
- Простые игрушки?
- Однажды у нас с тобой будет секс. Не обязательно завтра. Но он должен быть. И естественно, я ожидаю, что ты отдашься мне – потому что я дам тебе всё, а не наоборот. По-моему, это честное предложение, разве нет?
Андрей с трудом подавил истерический смешок.
- Вы просто не понимаете, Эдуард.
- Я объяснил тебе свою позицию. Было бы разумно выслушать твою.
- Хорошо, - Андрей прикрыл глаза и задумался, тщательно подбирая слова. Его не оставляло ощущение, что он ходит по острию ножа. – Я не собираюсь зарабатывать задницей. – Слова наконец сложились и слетели с губ сами собой. Они оказались ужасно просты, но при этом попали в цель так же точно, как и то, что пытался разложить по полочкам Эдуард.
- Многие сначала сомневаются. Понимаю, у нас такая страна… Мужчине трудно принять роль, которая может быть отведена ему в постели. Но в этом нет ничего зазорного. Это может быть даже приятно. Поверь, я сделаю всё, чтобы хорошо было нам обоим.
- Тогда почему бы вам не согласиться на мои условия? – поинтересовался Андрей.
- Я тебе уже объяснил.
- Я вас понял. И я дал вам ответ. Дело не в вас. Дело не в том, что ваше предложение плохо, и не в том, что я боюсь. Я просто не нуждаюсь в том, чтобы зарабатывать так. И я не интересуюсь таким контрактом. Уверен, вы легко найдёте то, что ищите, где-то ещё.
- Не заставляй меня предлагать по…
Андрей повесил трубку.
Спал в ту ночь Андрей плохо, а наутро, спустившись проверить почту, обнаружил в почтовом ящике небольшую коробочку. После всего, что он видел за время работы с Яром, от одного вида этой коробочки его пробрал холодок. Андрей первым делом, даже не вынимая её из ящика, вызвал милицию. За тем, как сапёры вскрывали непонятный объект, наблюдал с почтительного расстояния – а когда из коробочки показались золотые Ролексы, его отпустило так резко, что он едва не рухнул на пол.
