На руке Фермута проявились крупные кровеносные сосуды, поскольку он изо всех сил пытался подавить свой гнев.
И тогда Орта, наконец, всё-таки заговорил:
— Впрочем, это уже неважно. Твоя способность ауры состоит в том, чтобы «преломлять» пространство. Однако она не разрушает и не разрубает его. Основываясь на своих наблюдениях, я вычислил показатель преломления и соответствующим образом изменил магическую формулу.
— Что!? — не выдержав, закричал Фермут, — Не смеши меня! Ты, маг, и не знаешь основных принципов магии? Частота моего преломления постоянно меняется. Ты не можешь считывать его в режиме реального времени и использовать магию, чтобы соответствовать ему!
— Хо, похоже, ты всё-таки не настолько глуп, как я полагал. Всё верно. Для обычных магов это невозможно, — ответил Мастер Белой Башни, одновременно и подтвердив, и отвергнув доводы принца.
И вот, пока Фермут напряжённо осмысливал услышанное, Орта медленно снял с лица свою маску, после чего произнёс:
— Но не для меня.
Черты его лица были достаточно привлекательными. Морщины придавали ему достоинство, а шрамы, исполасывающие его щеки, доказывали, что он настоящий ветеран. Однако самой уникальной частью была его пара глаз.
— … Что это такое? — забыв своём гневе, недоуменно пробормотал Фермут.
Глаза Орта отличались от глаз других людей. В них не было ни зрачков, ни белка.
Глаза Орты были утоплены в своих глазницах, воплощая концепцию «пустоты». И любой узнавший её, не удержался бы от искреннего восхищения. Это были глаза, которые жаждал заполучить любой маг Эпохи Мифов.
И назывались они Пустыми Мистическими Глазами.
— Что ж, деталей я и сам не знаю.
Отвечая на вопрос, Орта коснулась своих глаз, будто вспоминая далекое прошлое.
— Тем не менее, ясно одно. Я родился слепым, с глазами, которые не могли видеть. С детства я изучал формы вещей, используя исключительно свои уши. К счастью, как выяснилось позднее, у меня оказался определенный талант к магии.
Орта явно преуменьшал свои достижения. Он был настоящим гением. Он учился, решал сложнейшие формулы в своей голове и проводил анализ магических заклинаний, используя лишь слух и осязание.
Спустя какое-то время он столкнулся со стеной 7-го Круга. Однако он не утратил уверенности в себе, поддерживающей его вместо отсутствующих глаз, и изо всех сил боролся против своей судьбы.
— Я потратил на это 10 лет своей жизни.
Его ответом последнему препятствию стала пара этих несуществующих глаз.
— Я понял это в первый миг, когда увидел мир.
По правде говоря, его целью было вовсе не взятие 7-го Круга. Он просто хотел увидеть этот мир: его жизнь и его краски, которые были недоступны для Орты с самого рождения.
— Мои глаза могут проникать сквозь «мир». Я вижу сквозь трехмерные стены и понимаю неописуемые явления.
— Э-это просто смешно…!
— Увидев твоё преломление пространства, я тоже его понял.
Когда Фермут понял, что это значит, его тело непроизвольно задрожало. Если всё это было правдой, значит он больше ничего не мог сделать в присутствии Мастера Белой Башни. Неудивительно, что Орта вёл себя настолько уверенно.
В отличие от первого неожиданного нападения на Мастера Белой Башни, нынешний Орта понял способность Фермута, а потому видел её насквозь. Как бы быстро 3-ий Меч не изменял показатели преломления, он всё равно будет оставаться медленнее, чем Орта.
— Причина твоего поражения проста. Ты злоупотребил этой силой, — констатировал Мастер Белой Башни.
В ответ на это холодное заявление, Фермут влил всю свою ауру в меч и прокричал:
— Что-то ты разболтался, глупый маг!
Рожденный преемником сильнейшей империи на континенте, Фермут никогда не испытывал разочарования. Заявление Орты было для него настоящим оскорблением. Терпение Фермута закончилось, и он использовал секретную технику, которую до того держал в запасе.
— Я не оставлю от тебя даже мокрого места!
Меч вспыхнул тёмно-красным цветом.
Стиль Фермута: Преломляющий меч.
Финальная секретная техника.
Конец мира.
Вся область вокруг Фермута исказилась, уничтожая всё, что попало в диапазон этого воздействия. Даже 2-ой Меч, Зест Шпейтем, признал эту технику по-настоящему замечательной. Ни один маг не смог бы выбраться из этих объятий смерти.
… Нет, всё-таки один путь был.
— Ты ничему не учишься. Разве я не сказал, что это бесполезно? — произнес Орта, пройдя сквозь вихрь кровавой ауры, после чего добавил, — Это конец.
Затем Мастер Белой Башни вскинул руку, и…
Фу-дух!
В груди Фермута оказалась большая дыра.
— ——-!
Фермут не мог даже кричать.
Его сердце, лёгкие и ребра были мгновенно уничтожены, что привело к многочисленным смертельным ранам. Трансцендентная жизненная сила мастера меча и его аура были едва узнаваемы. В таком состоянии его не спас бы даже кардинал.
Полностью уверенный в смерти Фермута, Орта с облегчением понял, что этот бой был легче, чем он думал.
