Всё это предоставило Теодору и Веронике достаточно времени на то, чтобы завершить подготовку заклинания.
Гру-ду-ду! Ру-ду-ду!
Материализовавшаяся магическая сила покраснела и превратила всё окружающее пространство в вакуум. Это была магическая бомбардировка двух великих магов, которая была предназначена исключительно для уничтожения!
Ощутив приближающуюся смерть, личи невольно захлопнули свои челюсти, в то время как рыцари возмездия и прочая нежить безвольно опустили руки. Какой смысл сопротивляться, если они и так все умрут? Но в следующий момент…
— Скучно, — раздался чей-то преисполненный злобой голос. Подобно рёву льва или тигра, он заставлял дрожать всякое живое и неживое существо.
Даже Теодор и Вероника застыли, так и не успев довести до конца активацию своего сдвоенного заклинания. Их идеально настроенные магические формулы рассеялись, словно их и не было.
— Кхе…!
— Н-Нидхёгг? Уже?
Сила, которую он мог проявить в этом материальном мире, была ограничена, но повелитель Настронда по-прежнему был равен истинному богу. Теодор не знал, какими рамками Нидхёгг скован сейчас, но это было и не важно. Если бы злой дракон явился в этот мир, обладая своей полной мощью, то Эльфхейм уже был бы полностью уничтожен.
И вот, пока Теодор был занят размышлениями, Нидхёгг заявил:
— Не разочаруй меня, последователь.
В этот момент из-под земли поднялось нечто поистине жуткое. Это была сила, берущая начало в неизвестной бездне; сила, происхождение которой внушало ужас даже магам 8-го Круга.
Это была сила смерти и тьмы, перетекающая в материальный мир прямиком из Настронда, — измерения, находящегося во власти Нидхёгга.
— Как прикажешь, повелитель.
В нескольких сотнях метров от Теодора появились мрачные тени. Это были четыре всадника и Джерем. Чернокнижник уже оправился от урона, вызванного Ураганным Луком, а его разорванная мантия теперь выглядела точно так, как и раньше.
— Хм-м-м, они хотят попробовать вызвать нас на дуэль?
— … Вероятно.
И Теодор вместе с Вероникой выступил против них. С этого момента битва будет происходить не между армиями, а между их лидерами. Битва между сильнейшими фигурами каждой из сторон.
Выслушав последний доклад Титании, переданный через Рататоск, два мага ринулись в бой. Как гласила 8-ая заповедь Красной Башни: «Хороший чернокнижник — мёртвый чернокнижник».
Когда лидеры обеих сторон столкнулись друг с другом, на границе этого противостояния произошло нечто ужасное. Это начало действовать вмешательство Нидхёгга.
Силы, исходящей из-под мёртвой земли, было недостаточно, чтобы усилить Джерема и четырех всадников, однако для обычной нежити она была сродни божественному благословению.
Это было Шествие Смерти — конечное заклинание некромантов, обладающее силой Дыхания Дракона.
Разбитые доспехи рыцарей возмездия восстановились; дыры, оставленные в телах нежити зачарованными стрелами, заросли; а лич, превратившийся в пепел, был возрождён.
Практически половина нежити, уничтоженная упреждающей атакой Теодора и остальных, восстала вновь. И это было сущим кошмаром.
С каждой секундой чаша весов начинала всё больше и больше склоняться в пользу атакующих. Валуны, брошенные энтами, и стрелы, выпущенные лучниками, казались абсолютно бесполезными.
— Никогда не думала, что обычные мертвецы могут стать настолько опасными… И как же мне ответить на это? — пробормотала Титания, наблюдавшая за этим ужасным явлением глазами Героса.
Возможно, ей вновь стоит прибегнуть к своему Ураганному Луку, чтобы остановить это безумие? Нет, подобная атака несла в себе слишком мало пользы. Титания могла выстрелить ещё всего лишь три раза, а потому совершенно непрактично было тратить столь драгоценную энергию на обычных мертвецов.
Спустя несколько секунд Титания успокоилась и посмотрела в сторону Теодора.
— … Учитель.
Она не знала «почему», но это слово само по себе вырвалось из её уст, а в голове всплыли давно забытые воспоминания.
Мирдаль Херсейм — таинственное существо в человеческом обличье, которое могло быть кем угодно, но не человеком… Тем не менее, никто не мог оспорить того факта, что он был истинным мудрецом. Он спас Титанию, когда та была ещё ребёнком, и передал ей непостижимые учения, после чего просто-напросто исчез. Единственное сходство между этим молодым магом и Мирдалем было в голубых глазах, которые напоминали Титании о её учителе… Но даже этого было достаточно, чтобы она ощущала какое-то смутное чувство доверия к Теодору Миллеру.
А затем прямо с неба раздался чей-то громоподобный голос:
— Не бояться!
Теодор использовал специальную магию, что позволило его словам прозвучать над всем полем боя.
Понимая, насколько давящим является присутствие Нидхёгга, Теодор поспешил поднять боевой дух защитников Эльфхейма.
— Этот дракон — незваный гость в нашем мире! Если он будет продолжать использовать свою силу, то продержится здесь совсем недолго! Наше сопротивление не бесполезно!
