— Всё верно. Право на подобный титул имеют лишь члены императорской семьи, за исключением наследного принца. Цель нашего блицкрига — их наискорейшее уничтожение.
— Сэймэй, я хочу кое о чём спросить.
— Хм?
–В настоящее время империя из полноценного государства превратилась в обитель монстров. В чем смысл уничтожения её опорных пунктов? До тех пор, пока мы не отправим на тот свет главного виновника беспорядка, ничего не изменится.
— Ты прав, но лишь наполовину, — покачав головой, ответил Сэймэй, — Как ты верно подметил, империя лишилась большинства своих функций, присущих любому государству. Её руки не остановятся, пока не отсечь голову. Однако в том, чтобы лишить её обеих рук, также есть свой смысл. Если мы это сделаем, они не придут к нам в самый неподходящий момент.
— Эти принцы… Они настолько опасны?
— Да, — кивнул Сэймэй, после чего, прищурившись, пояснил всем собравшимся нависшую над ними угрозу, — Это существа, выращиваемые на протяжении многих поколений из членов королевской семьи и гена самой Похоти. Именно они имеют наибольшую вероятность переродиться представителями высшей расы и получить колоссальную силу.
— … Значит, они могут создавать армии и применять военную стратегию?
— Естественно. Если это произойдет, всё кончено, — ответил Сэймэй. Несмотря на его озорной тон, взгляд оммёдзи был как никогда тяжёлым.
Единственная надежда человечества на победу заключалась в уничтожении пожирающих друг друга существ. Однако если кто-то сумеет создать из этих монстров полноценную армию, никакой надежды больше не будет.
Всё, что останется людям, — это сражаться до последнего оставшегося в живых.
— Эх… Что ж, другого пути у нас нет. Будем пробовать.
Центральное место в данной операции было доверено Теодору, который был быстрее остальных благодаря своей возможности перевоплощаться в молнию. Он вышел за пределы смертного и представлял собой настоящую бурю, которая должна была обрушиться на головы восьми принцев.
— Какова моя первая цель?
И вот, словно решив поддержать боевой дух Теодора, тёмные тучи, плывущие над вершинами гор, ответили раскатистым громом.
Гру-ду-ду-ду-ду!
В сложившихся обстоятельствах этот звук больше всего был похож на удары военных барабанов.
* * *
Гру-ду-ду!Разрывая облака и тучи, вперёд мчалась яркая молния. К удивлению всех, кому довелось её увидеть, данная молния была вовсе не природным явлением, а представляла собой Теодора Миллера.
— Пусть наша операция и является блицкригом, но тебе не нужно взваливать на свои плечи абсолютно всё. Два мастера возьмут на себя два других места, в то время как ещё двумя замками займутся наши армии. Оставшиеся две западные крепости находятся слишком далеко, а потому ими мы займёмся позже. Итак, тебе нужно позаботиться лишь о двух замках, расположенных в восточном регионе.
Вспомнив слова Сэймэя, Теодор пробормотал названия двух восточных замков. В чём-то они были похожи, поскольку оба начинались с приставки -тэн (небеса).
После окончания встречи в Японии прошло около часа. Даже если бы империя обладала соответствующими средствами связи, они были бы абсолютно бесполезными, поскольку Теодор двигался в десятки раз быстрее скорости звука и в считанные мгновенья преодолевал целые регионы.
Блицкриг дословно обозначал «молниеносную атаку». Однако стратег, придумавший данную концепцию, даже не предполагал, что атакующая сторона и вправду станет настоящей молнией.
— Не жалей сил. У вражеской армии будут глаза Похоти. Чем дольше ты будешь сражаться, тем больше информации о себе раскроешь. Уничтожь цели как можно быстрее.
— Это и так понятно…
Настоящему магу можно было не напоминать о том, насколько важным оружием являлась информация. Итак, пролетев над несколькими реками и четырьмя горными вершинами, Теодор улыбнулся, после чего начал замедляться.
Благодаря своей огромной скорости, молния стала его излюбленным средством передвижения, однако ударная волна, генерируемая высоким электрическим разрядом, производила слишком много шума. Итак, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, Теодор остановился в десяти километрах от первого объекта.
Гру-у-у-уж…
С такого расстояния он уже мог видеть и сам замок.
— Хьюгин.
Услышав призыв, прямиком в небе появилась большая ворона, в три или четыре раза превышающая свои первоначальные размеры. Это был питомец мастера призыва, Сатомера, со временем перешедший к Теодору.
— Я хочу одолжить твоё зрение.
— Кар-р-р! — согласно вскрикнул Хьюгин, благодаря чему радиус обзора Теодора стал ещё шире.
Два ворона, Хьюгин и Мунин, в Эпоху Мифов прислуживали самим богам. Находясь рядом с Одином, их сила была эквивалентна представителям высших рас, однако после того, как Хьюгин подписал контракт с Теодором, он лишился её большей половины.
