— То есть, вы хотите сказать, что Орден бессилен перед ними?
Мастер кивнул, продолжая объяснение:
— Пока что так и есть. Атаковать их мы не можем, если только не создадим специальные группы из высокоранговых магов, но и в таком случае противостояние затянется надолго, а его конечный исход предсказать трудно. Это не желторотые недоумки, давящие силой и количеством. Из-за того, что нам приходится охранять собственные земли и города, возможность всеобщего объединения исключается. Остается только обороняться, в ожидании того, когда враг соизволит схватиться всерьез и по-крупному. Если говорить в целом, то стратегическую часть войны мы проигрываем… — устало закончил Киос.
— Войны?.. — протянула встревоженно девушка. Этого слова она старалась избегать, не смотря на происходящие вокруг события. Ей почему-то казалось, что все закончится несколькими стычками и повторным изгнанием темных.
— Да, — Мастер поднялся с кресла и подошел к высоким окнам зала. Вглядываясь сквозь прозрачное стекло в необъятную даль, он задумчиво продолжил: — Война уже началась. Наверное… в последствии ее назовут Третьей Великой Войной или еще более пафосно. Нынешние поколения не понимают истинного смысла этого слова, так как человек быстро забывает прошлое. Мне самому уже приходилось участвовать в одной войне… — архимаг словно вспоминал дни своей молодости, ведь не смотря на внешность, ему было больше семидесяти лет. — Благородство, честь, храбрость, мужество — они все не имеют никакого отношения к тому, что происходило тогда и произойдет сейчас. Война — это кровь, сломанные судьбы, разрушенные города и осиротевшие дети, война — это голод и болезни, страх и реки отчаяния, это боль и страдания тысяч людей. Поле битвы превратится не в «место великих подвигов», а в место бесчестия и человеческой слабости, — с нескрываемой горечью перечислял Киос, а потом, вдруг, обернулся и добавил: — Мне кажется, что Реннет как никто другой представлял то, что должно произойти, и именно потому не хотел участвовать в делах Ордена.
Рэанна осуждающе посмотрела на Главу и, наконец, решилась задать интересующий ее вопрос:
— Вы не удивлены тем, что мальчишка перед своей кончиной подался в отступники, так?
Вопреки ее ожиданиям, Киос не стал отмалчиваться или сердится на явно осуждающий тон. На тонких бесцветных губах мага появилась редкая улыбка.
— Нет, я не удивлен. Перед походом юноша поведал мне о своих планах, правда, тогда он намеревался уходить лишь после возвращения отряда.
— Как? Он так прямо сказал вам это? — изумлению девушки не было предела. Невероятная наглость Реннета потрясла ее до глубины души. Забывшись, где находится, Рэанна вскочила на ноги и чуть не опрокинула стул. — Это же неприемлемо! И вы не арестовали его в тот же момент, как велит в подобных случаях закон? Он же представлял опасность для всего клана!
— Да, да, да… — кивнул Мастер, и улыбка на его лице стала еще шире, — помнится, он обещал сровнять всю крепость с землей, если кто-то встанет у него на пути. Думаю, что это можно понять как угроза клану…
Рэанна лишилась дара речи.
— …И поверь мне, Рэанна, он смог бы это сделать, вздумай я помешать ему, — продолжил он, усаживаясь обратно за стол.
— Но… но вы же дракон?! — воскликнула девушка, не веря собственным ушам. — В ваших силах остановить его!
Киос пристально и без тени прежней улыбки взглянул на нее, что чародейка невольно отшатнулась и притихла. Все в «Пламени» знали, что не стоит выводить архимага из себя, а разговор в таких повышенных тонах можно расценивать как прямое неуважение, что влечет за собой суровое наказание.
— Возможно, — неохотно согласился Мастер, склонив голову набок. — Возможно, я действительно мог это сделать, однако ты сама утверждаешь, что воочию видела его силу и потому можешь представить, что бы случилось, начнись между нами сражение. К этому времени Мастера Селесты в крепости не было, а другие его не волновали совершенно, так что он мог не сдерживаться. В итоге могло пострадать множество невинных магов. И потом, как странно это не выглядит, есть еще кое-что, из-за чего я не желал его смерти…
— …?
— Вот ты, Рэанна, что ты думаешь о юноше? Что он из себя представляет, то есть… представлял? — поправился в конце архимаг и выжидающе взглянул на девушку.
Чародейка даже задумываться не стала и высказала все, что думает об этом бывшем члене Белого Пламени. Конечно же, ничего хорошего в ее словах и в помине не было. Скорее наоборот, она описала типичного злодея со всеми прилегающими к нему качествами. Киос слушал ее в полном молчании, но в конце задал новый вопрос:
— Что ж, многое из сказанного тобой может оказаться правдой, но тогда почему он остался прикрывать ваш отряд? Просто уйти для него было бы лучшим выходом, тебе так не кажется?
Рэанна не стала долго размышлять.
— Понятия не имею, — честно ответила она. Впрочем, сдаваться так просто девушка не собиралась и потому спросила: — Не хотите ли вы убедить меня в том, что его поступок был совершен из благородных побуждений? Что-то мне в такое не сильно верится…
