Всю ночь просидел отец Михаил у кровати вампира. Он быстро научился менять капельницы, то и дело кропил Стасика своим лекарством. С восходом солнца парнишка заснул. Спал он весь день, проспал и ещё одну ночь. Спал ровно и крепко. И не чувствовал, как сначала ему осторожно оттопырили верхнюю губу и проверили, выросли ли вампирские клыки, а затем, клыков не обнаружив, отцепили от его рук и ног наручники. Оставив, правда, пристегнутой лишь одну, левую руку — для перестраховки. Мама обработала и перевязала его плечо.
— Он больше не вампир. — глядя на Стасика, пришли к выводу отец Анджея и батюшка Михаил.
Священник, днем уходивший на службу в храм, вечер и ночь вновь провел у кровати Стасика. И ранним утром покинул дом химика и торговца погребальными товарами. Каждого их них ждала трудная работа — разными средствами, но одна и та же борьба. Со страшным злом — вампирами.
Впервые за многие недели город вздохнул спокойно. Люди перестали умирать в таком огромном количестве. Покупателей кладбищенских прибимбасов стало совсем немного. Зато средства против вампиров пользовались большим спросом. Отец и Анджей еле-еле справлялись с их производством, а мама, торговавшая в основном ими, рассказывала все новые и новые истории о том, как и где люди встречались с вампирами и оказывали им достойное сопротивление.
Один из покупателей решил проверить, хорошо ли брызгается приобретенный им пузырек. Он отвел руку в сторону и нажал на кнопку-распылитель. И тут вдруг человек, только что входивший в магазин, вдруг в судорогах повалился на пол, начал стонать и корчиться. Средство, зависшее в воздухе небольшим облачком, попало на него.
— Вампир! — истошно закричала женщина, которая была знакома Анджею она уже приходила за антивампирской жидкостью и, очевидно, хотела купить еще. — Убейте его! Убейте! Они загрызли мою соседку и нападали на меня! Уже два раза! Я поздно на улицу не выхожу! А они пробрались в окно!
Она бросилась к невысокой старушке, купившей баллончик сильно концентрированного средства, и, не дав никому опомниться, нацелила тугую струю жидкости на извивающегося человека.
Ужасный крик заложил всем уши. Страшные дыры зияли в том месте на теле бедного человека — там, куда попадала смертоносная для вампира струя. Она прожигала его насквозь. Человек-вампир кричал и бился об пол — до тех пор, пока женщина не выжгла ему сердце. Только тогда его обожженное тело перестало извиваться в конвульсиях.
Все стояли и смотрели на него и на женщину, застывшую с баллончиком в руке. В полной тишине раздались быстрые шаги — и в торговом зале появился отец Анджея.
— Мы похороним его. — тихо произнес он, указывая на скрюченное тело. А тех, кто знает о том, что его укусил вампир, но не хочет потерять человеческий облик, мы сможем вылечить. Средство найдено. Приходите сюда в любое время.
Весь о чудодейственных средствах облетела весь город. Постепенно все жители перебывали в «Белых тапочках», как с легкой руки неизвестного шутника называли теперь магазин родителей Анджея. Практически у каждого появились индивидуальные средства защиты от нечисти. Теперь с наступлением темноты жизнь уже не замирала. Даже по самым темным и подозрительным улицам, наподобие страшной Аблесимовской, люди ходили, не боясь нападения кровожадных вампиров.
Когда отпала необходимость ухаживать за Стасиком, который пришел в себя, не отращивал по ночам клыков и не прыгал перекусывать людям сонную артерию, Анджей попросился в школу. родители, успокоенные наладившейся обстановкой в городе, охотно отпустили своего трудолюбивого сынка, благодаря которому началось изготовление антивампирных средств и многое другое.
Однако едва он появился в классе, все понеслось по-прежнему.
— А, белые тапочки пожаловали! — увидев Анджея, проскрежетал Леня Обылков. — Ну, что, по прежнему на покойничках наживаетесь? Гробами торгуете?
Анджей отвернулся от него, не желая сразу ввязываться в драку. Когда же начался урок и последовала перекличка, он вдруг заметил, как много ребят отсутствовало в классе. Фамилии многих, которых Анджей успел запомнить по тем дням, когда учился, теперь даже и вообще не назывались. За партами сидела всего половина класса.
— А где же остальные? — шепотом спросил Анджей у девочки с соседней парты.
Та пожала плечами и опустила глаза:
— Где-где? Их больше нет. А ты что, не знаешь?
— Знаю, знаю! — поспешно закивал Анджей.
Но тут к нему обернулся Леня Обылков.
— А может, ты и сам вампир? Раз до сих пор живой. Таких уродов нужно первыми жрать! Ну-ка, проверим, кто ты. — с этими словами он вытащил баллончик самого нового средства, которое изготовил отец Анджея, и мощной чесночно-эфирной струей ударил Анджею по глазам.
От неожиданности и резкой боли от разъедавшего слизистые оболочки глаз средства Анджей закричал и повалился на пол. Он тер глаза и стонал.
— Вампир!!! — не своим голосом заорал кто-то. Этого было достаточно, чтобы ребята, как по команде, выхватили свои антивампирные средства и бросились поливать ими Анджея.
