Напрасно Анджей пытался объяснить, что он сам делал то, что они держали сейчас в руках. Ребята не слушали ни его, ни перепуганную учительницу. Когда ядовитые чесночно-серебряные облака заполнили весь класс и стали резать глаза уже самим защитникам человечества от нечистой силы, Анджей выполз из кабинета и кое-как бросился бежать домой. «Никогда не вернусь в эту школу!» — думал он, горько плача на бегу и выдергивая из плеча вонзившуюся в него серебряную иглу, отлитую отцом.
Анджей и предположить не мог, что через каких-то полчаса все то, что проделали в классе с ним, ему придется повторить самому. Уже на другом человеке.
Едва он переступил порог дома, как услышал, что в магазине происходит что-то странное. Кто-то разговаривал с мамой, причем на повышенных командно-приказных тонах.
В коридоре жался Стасик, который теперь совсем освоился в доме, ходил за всеми как привязанный, а на улицу и шаг боялся ступить. Он помогал маме торговать в магазине, и в этот день занимался тем же.
… — Они приходят, что-то спрашивают, — трясясь, как осиновый лист, бормотал Стасик, не сводя глаз с Анджея, — а я от тетки глаз отвести не могу. Она твоей матери что-то втирает неконкретное, а я слушаю её и холодею. Она с ними… Да-да-да, они такие, Анджей! Я чувствую…
Анджей, который был на две головы меньше трясущегося студента, бросился в торговый зал.
— И вот теперь вы должны предоставить городской комиссии лицензию на право торговли и изготовления парфюмерно-косметической и лечебной продукции. — требовательно говорила представительная дама, тыкая маме в лицо каким-то удостоверением. — есть у вас такая лицензия?
— Нет… — произнесла мама тихо.
— А на каком же основании вы торгуете вот этим вот сомнительным товаром? — дама ткнула в витрину, где были выставлены антивампирские средства. — Придется их все до одного уничтожить, а вас привлечь к уголовной ответственности и направить в место предварительного заключения. Граждане, приступайте к изъятию и уничтожению. А всех этих незаконных торговцев арестуйте.
Комиссия, которая прибыла вместе с этой дамой, удивленно переглянулась. Возможно, у каждого из этих людей были при себе средства, купленные именно в «Белых тапочках». И что будет, если закрыть его? Кого из них первого настигнут клыки вампира? Послышался недовольный ропот. Но дама-начальник грозно прикрикнула, и люди зашевелились.
Но Анджей не растерялся. Не размышляя ни секунды, он схватил первое, что попалось ему в ящике у прилавка — это оказался тот самый «дезодорантик», который когда-то испытывали они с отцом на Аблесимовской улице. Подняв вверх руку с этим средством, Анджей пшикнул несколько раз в воздух.
Этого оказалось достаточным, чтобы тетка-начальник тут же занервничала, задергалась, заметалась в разные стороны, позеленела и, закатив глаза и зажав руками нос и рот, вылетела вон из магазина. Последними словами, брошенными ею, было: «Ну, вы свое получите!» Комиссия в полном недоумении вылетела вслед за ней и уже больше не приходила.
— Я же тебе говорил — она из них… — бормотал перепуганный Стасик. Слово «вампир» он до сих пор боялся произносить вслух.
— А сам чего, пшикнуть в неё не додумался? — покачал головой Анджей. Ладно, не обижайся.
Когда со склада вернулся отец, пришлось рассказать ему об этом происшествии.
— Ну вот, теперь они и в городскую власть пробрались. — сокрушенно произнес он. — Эх, как бы до главного вампира добраться. До Неупиваемого.
— Я типа его видел. — высказался вдруг Стасик. — Я даже руку ему пожал. Он мне так и представился, типа фамилия моя такая…
— Ну и что? — усмехнулся Анджей.
— Что — в лицо его знаю! — фыркнул Стасик.
— Это тоже будет очень полезно. — помирил их отец и отправился в лабораторию — процесс изготовления средств от вампиров нельзя было прекращать ни на минуту.
Прошло несколько дней. Изуродованное плечо Стасика понемногу заживало, да и вообще парень стал спокойнее. Только в институт, в котором он появился всего несколько раз, ходить Стасик так пока не желал — боялся встречи с тусовкой вампиров. Он с энтузиазмом включился в процесс изготовления антивампирских средств и помогал маме в торговом зале. А в один из дней отловил возле двери магазина мальчишку. Который, пугливо озираясь, выводил мелом на черной двери опостылевшие слова «Магазин БЕЛЫЕ ТАПОЧКИ». Пацан упирался и пытался вырваться, но Стасик храбро затащил его внутрь магазина и приволок к родителям Анджея, которые в это время в подвале подсчитывали похоронные товары.
— Обылков! — ахнул Анджей, оторвавшись от сортировки саванов.
Вообще-то он не раз думал о том, что это все шуточки именно Лени, но верить в это не хотел, ведь не пойман — не вор. А теперь вредный Обылков попался с поличным.
— Зачем ты это делаешь? — прислонив крышку гроба к стене, спросил отец Анджея, подходя к Лене.
Но тот не мог произнести ни звука. Многочисленные гробы, саваны, висящие на вешалках и сложенные в коробку, пышные, но наводящие тоску погребальные венки, пресловутые белые тапочки, рассортированные по размерам…
