Напряженная рука приятеля дернулась, густая коричнево-бордовая жидкость взбаламутилась. Оставляя след, капля стремительно скатилась по гладкой пыльной стенке банки, чтобы попасть на палец аггела. Раздалось тихое шипение.
Медленно и осторожно Стриж отставил сосуд на пол, а в следующее мгновение разразился потоком брани на латыни. Не оставалось сомнений — он покрывал ругательствами весь окружающий мир и меня в придачу. Вопли эхом разносились по огромному гулкому помещению, отражаясь от стен и заставляя нервно озираться по сторонам.
— Это же энергетик! — вопил Стриж, переходя на межрасовый. — А я долбаный аггел! Мы не можем с ним встречаться!
— Истомина… — вкрадчивый голос оборвал тираду пострадавшего парня, и моя душа ухнула в пятки. Подельник мгновенно заткнулся и посерьезнел. В глазах блеснул незнакомый холодок.
— Ты кто? — тихо спросил он.
Нежданный гость появился в поле зрения. Им оказался плюгавенький клерк в заношенном костюме и очках, превращавших глаза в узкие щелки.
— Здышко?! — Я заставила себя широко улыбнуться. — Не ожидала тебя здесь увидеть!
И ведь не соврала. Какого лешего он притащился, карьерист-горемыка? Генеральную уборку решил провести?
— Я заметил. — На его лице играла подленькая улыбочка. Внимательным взглядом он следил, как я судорожно засовываю в карман наскоро заткнутую пробкой склянку с кровью. — А ты, Истомина, что забыла в подземелье?
— Мы… — Я пытливо глянула на Стрижа, но лицо моего спутника давно поскучнело. Чуть склонив голову набок, он разглядывал клерка с гримасой отвращения, как надоедливую муху, ползающую по именинному пирогу.
— Мы убираем? — с вопросительной интонацией уточнила я у сообщника. Со стороны ложь прозвучала абсолютной чушью. Врать у меня не получалось и в лучшие времена, когда имелась возможность собраться с мыслями.
— Мы кровь воруем, — спокойно возразил мой подельник. — Тебе тоже отлить, товарищ клерк, пока банка открыта?
— Замолчи! — сквозь зубы прошипела я.
— Что же, Ведушка, денежек захотелось? — проворковал Здышко с видом судейского обвинителя.
— А ты, выходит, сюда пришел, чтобы в темноте помочиться в баночку для лечебницы? — Стриж кивнул на карман пиджака, красноречиво оттопыренный спрятанной бутылочкой.
— Зря вы мне, ребятки, хамите, — осклабился клерк.
— Ты позовешь охрану? — Едва сдерживая издевательскую улыбку, Стриж сунул руки в карманы.
— Не надо охраны! — замахала я руками, холодея от перспективы быть застуканной конторскими стражами, понаслышке — настоящими костоломами. — Давай по-хорошему договоримся!
— Наконец-то, Истомина, тебя отсюда выпрут! — Здышко «находился на своей волне». — Принцесса недоделанная! Как же я тебя ненавижу! Чуть тронешь, сразу брату звонит. Курица…
В следующий момент в воздухе мелькнул кулак. Подавившись оскорблением, Здышко рухнул на пол безмолвным кулем.
— Ты зачем это сделал? — испуганно выдохнула я.
— Да достал он меня, недоделанный обличитель зла, — фыркнул Стриж. — Не выношу, когда оскорбляют хорошеньких женщин.
В этот момент клерк пришел в себя и схватился за расквашенный нос. Недолго думая я со всей силы вмазала ему под ребра ботинком и охнула от боли в отбитых пальцах. Раздался булькающий звук, противник снова отключился.
— Птаха, я начинаю тебя уважать, — протянул приятель с восхищением в голосе.
— Пошли уже отсюда! — процедила я, устремляясь по направлению к выходу.
— А что он говорил о твоем брате? — нагоняя меня, уточнил Стриж, видимо, почувствовав, что совершенно случайно наткнулся на неисчерпаемый источник шуточек в мой адрес.
— Даже не спрашивай! — буркнула я.
Неожиданно перед нами выскочила тень. Вытаращившись на нас, маленький лопоухий гоблин с ящиком мензурок остолбенел от страха. Видимо, его впечатлили светящиеся глаза Стрижа.
— Мужик! — притормозил мой сообщник и похлопал кладовщика по плечу, отчего тот испуганно икнул. — Там какой-то клерк пытался кровь драконью украсть. Целый гарнец! Мы ему не дали сбежать!
— Гарнец крови? — пролепетал гоблин.
— Он обездвижен и ждет охрану, — оглянулся довольный Стриж.
Крик очнувшегося Здышко нагнал нас в солнечном холле.
— Стоять!!!
Мы невольно оглянулись. Здышко прижимал к разбитому носу платок и тыкал в нас пальцем, а за его спиной маячил испуганный отряд кладовщиков, чуть подслеповатых, как кроты после сумрака подземелья.
— Воры!!! Они кровь последнего дракона утащили! Гарнец крови! — завизжал коллега на всю контору.
Мгновенно людный холл уставился в нашу сторону. Не сговариваясь, мы с приятелем сорвались с места и бегом бросились к двери. Вдруг охранные шары точно сошли с ума: надулись, лопнули, рассыпались на десятки крошечных чернявых мячиков и рванули на охоту за клерками. В холле началась паника.
Крепко держась за руки, мы со Стрижом выскочили на затопленную солнечным светом улицу. Тут моя нога провалилась в пустоту. Взвизгнув, я нырнула вниз и проехала по лестнице на коленях, изорвав штаны.
— Держись, Птаха! — Стриж дернул меня за шиворот. Футболка нехорошо хрустнула, под мышкой появилась дыра.
— Господи, я стану калекой, — пробормотала сквозь зубы.
— В «Чайку», — приказал Стриж.
— Не заведется.
