— Ага. Строго говоря, эти коренья скорее яд, в своем роде. А повышенная возбудимость и энергия — это побочный эффект. Простой человек, не маг, уже давно бы выворачивал собственные кишки в приступах лютой тошноты. Но магия в тебе позволяет перенести это легче. Жаль, что негативные последствия не пропали полностью, это открытие могло бы занять почетное место на стеллажах знаний Искателей. Но… увы.
По умоляющему взору желтых глаз, Вимас понял, что пора уже замолчать и выполнить данное обещание — найти еду и ночлег.
Выбор пал на заведение с броским названием "Хмельная рожа", возле которого и состоялась встреча с леди Джалит. Ликориан разумно посчитал, что лучшего приюта не найти, а потому провел спутницу в открытый зал.
На улице уже сгустились сумерки, но яркий очаг и несколько свечей, расставленных на столах, давали достаточно света. Помимо терпкого запаха дерева, здесь пахло наваристым супом и свежими булками.
Хозяин таверны нашелся в дальнем углу. Сидя за отдельным столом, он зорко наблюдал за работой разносчиц еды, а также охранял порядок. В те недолгие пять минут, что Искатель наблюдал за неспешной жизнью забегаловки, хозяин успел сделать замечание троим своим работникам, а также самолично выкинуть на улицу дебоширящего постояльца, перебравшего хмельного пива.
Удостоверившись, что нашел нужного человека, Вимас оставил Диани у входа, а сам подошел к коренастому владельцу таверны.
Немного побеседовав с ним, Искатель вынул свой кошелек, передав суровому хозяину часть звонких монет. После этого собственник корчмы слегка подобрел и кивнул, указав длинным пальцем на лестницу, ведущую на второй этаж стоящей рядом с открытой верандой хибары.
Вернувшись к Диани, Вимас почти на руках занес ее по скрипящим ступеням, аккуратно втолкнув в арендованную комнату. Со стороны это казалось комичным и слегка преступным, будто наглый маг напоил бедную девушку, а потом затащил в кабак для любовных утех. Но никто не бросился помогать бедной "жертве", и даже не сообщил патрульным, ибо подобное поведение было в поселке в порядке вещей, да и чары Искателя все еще действовали, отчего всем вокруг было наплевать и на мага и на его ученицу.
Комната оказалась намного уютнее, чем можно было представить. На стене нашелся даже магический светильник, хотя в самом зале харчевни использовались простые свечи.
Помимо уютного белого огонька, зависшего над платформой, в помещении имелся небольшой низкий столик, пыльный ящик и кровать, правда, только одна. Заправлена постель была серой чистой тканью, в изголовье лежала пухлая подушка, набитая сеном, а роль одеяла играл старенький плед. Стены были покрыты грубо отесанными досками, в некоторых местах виднелись нацарапанные надписи прошлых постояльцев. Исходя из них, можно было смело определить, что некая Литтани была легкого поведения, а Вакори и Нитан славились крепкой мужской нетрадиционной дружбой.
Положив девушку на кровать, Искатель затворил за собой дверь, прислонив к ней посох. Повинуясь молчаливой команде, костяная палка намертво придавила створку, став тяжелее булыжника трех локтей в высоту.
Покончив с приготовлениями, Ликориан быстро прикончил черствую краюху хлеба, лежавшую на столе, после чего, бесцеремонно отодвинув Диани к стене, завалился на кровать, почти сразу провалившись в тяжелый сон. Могучий храп сотряс бревенчатые стены, но даже он не смог разбудить Диани, спящую наведенным кореньями беспамятством.
Утро застало Хлебушек в странной позе. Едва разлепив золотые глаза, девушка чуть не вскрикнула от ужаса, узрев нависшую над ней ужасную руку.
"Ужасная рука" принадлежала храпящему Искателю. Наплевав на приличия, Вимас занял почти все пространство кровати, безжалостно вдавив чародейку в стену, закинув на нее ноги а "развесив" руки.
Девушка тяжело вздохнула, попытавшись сдвинуть с себя учителя, но тело Диани не подчинялось ей. На мгновение ужас снова охватил магичку, чувство беспомощности напомнило ей о заточении в собственном кулоне. Только диким усилием воли Хлебушек смогла побороть панику, уверяя саму себя, что паралич временный, а вызван побочными эффектами снадобья Искателя.
— Вимас, — еле слышно позвала девушка, чудом сумев совладать с губами.
Храп не прекратился.
— Вимас! — смогла чуть громче произнести Диани.
Храп усилился.
— Вимас! На нас напали! — решила прибегнуть к хитрости девушка, хотя вокруг было спокойнее, чем в штиль на Южном море.
Храп стал мелодичнее, но один изумрудный глаз Ликориана приоткрылся, сфокусировался на девушке, и… снова закрылся.
— Вимас! Да проснись ты! — взмолилась Хлебушек, теряя самообладание.
— Еще пять минуток, — сонно пробормотал маг.
Вспомнив, что язык худо-бедно подчиняется ей, Диани произнесла заклинание, пытаясь сильной невидимой оплеухой разбудить учителя. Однако заклятье отскочило от белого посоха, сверкнувший люманит которого вернул шлепок обратно к чародейке.
Девушка зашипела, оказалось что хоть тело и не слушается хозяйку, но боль она чувствовать может.
