Тириса устроилась рядом со мной, ожидая, пока я закончу с едой, и развлекала беседой. Монологом.
Моих реплик почти не требовалось, и хорошо. Потому что это для нее вопрос про возраст банальный, для поддержания беседы. А для меня — вероятный провал, потому что я понятия не имею о дате рождения Кристель.
Да и вообще… Какой сейчас год?
Как называется страна, где мы находимся? Кто ею правит?
Куда ни ткни — везде пробелы.
Так что я откусила кусок мяса побольше и принялась старательно жевать, всем телом изображая занятость процессом.
— Ты младше Кальдорна на три года, значит, тебе пятнадцать, — сама посчитала тем временем Тириса. — Поздно у тебя дар проснулся. Слабенький, наверное. Не повезло.
— Почему? — глупо захлопала я глазами, спешно проглотив все, что было во рту.
Благо дурочкой и притворяться не приходится. Так и есть — ничего о мире не знаю.
— Не примет тебя Древо, если магии капля, — сочувствующе вздохнула привратница. — Придется на обычную работу устраиваться. Ну да если девка ты рукастая, справишься. Шить-вышивать умеешь? А готовить?
Вряд ли штопание свежих ран и зажарку свежепойманной крольчатины на костре можно считать за умение. Так что я с чистой совестью замотала головой. Нет, мол.
— Чему тебя дома-то учили? — нахмурилась Тириса. — Вы ж с братом из благородных… были.
Такта у тетки ни на грамм. Нормальная девушка на моем месте давно бы рыдала от безысходности и тоски. Представить только: выбросили из родной семьи на мороз в чем была, отказали от дома, из перспектив — тяжелый физический труд и рабская метка леса, если повезет.
Может, истерику сымитировать?
Вряд ли потяну. Актриса из меня еще хуже, чем швея.
— Замуж меня готовили, — буркнула я негромко. — Дом вести, детей растить.
— И то верно, — согласилась Тириса. — Не повезло тебе, Кристель. Ну да ты молодая, красивая, еще найдешь кого-нибудь.
Голос ее звучал не слишком уверенно.
Догадываюсь, почему.
Раз водная магия здесь не в почете, маг меня замуж вряд ли возьмет, опасаясь, что дети унаследуют мою «никчемную» стихию. Простолюдин тоже засомневается, причем вдвойне. Зачем ему жена, способная при ссоре приморозить задницу к стулу?
Разве что среди своих отверженных водников пару искать.
Не то чтобы я рвалась сильно, но чисто теоретически.
Они же должны размножаться?
Неужели все привязываются к Древу?
Кто-то же продолжает создавать семьи, иначе водная магия давно исчезла бы.
Рано мне еще о таком думать в любом случае. Выжить бы, да брата от метки уберечь.
— Пойдем, покажу, где тебе умыться и лечь, — бодро подхватилась Тириса сразу же, стоило мне запихнуть в рот последний кусок.
Ванная комната — я бы даже назвала это залом — располагалась здесь же, недалеко от кухни. Длинное узкое помещение с множеством кабинок — туалетных и душевых, десяток умывальников в ряд.
— Здесь много детей живет сейчас? — рассеянно спросила, прикидывая, в какой момент лучше всего приходить на водные процедуры.
И вывод напрашивался, что раньше всех. Иначе затопчут.
— Сорок шесть. Из них двенадцать совсем малыши, от них родители отказались сразу, — с сожалением добавила Тириса.
— И все с водной магией?
— Не все. Есть неодаренные. — Привратница удивленно на меня взглянула. — Ты же не думала, что в приют попадают только такие, как ты? Многие не могут прокормить лишнего ребенка, вот и отдают сюда. Частенько просто подкидывают на порог еще младенцем.
«Хорошо, что сюда, а не в сугроб», — подумала я и передернулась.
Вода оказалась ожидаемо ледяной.
Тириса тактично топталась снаружи, так что я украдкой повесила согревающее колечко магии на кран. Слабенькое, но и того достаточно, чтобы не клацать зубами при умывании. Резерва как раз хватило, причем чуть дольше, чем я рассчитывала.
Потихоньку раскачивается. Хорошо.
Смену одежды мне никто не предложил, но, как утверждала привратница, как только меня официально поставят на учет, выдадут все — от простыни до нижнего белья.
Брезгливость ворочалась глубоко в груди, но я ее задавила, пообещав себе пропарить все и продезинфицировать по возможности.
Над головой подмигивал алыми глазками очередной огненно-воздушный артефакт. Тепло он цедил еле-еле, но, учитывая, что мы сейчас в обычном здании, а снаружи зима, — вполне прилично. В коридоре было куда прохладнее.
Кроме одеяла, Тириса выдала мне кусок шкуры внушительного размера. Нечто бурое и пушистое, скорее всего, лошадиная.
Спать мне предстояло на лавке в холле, так что щедрость тетки оказалась очень кстати. По пустому гулкому помещению гулял сквозняк, а мех создал своеобразную палатку, изолируя не только от ветра, но и от шума.
Только этим, да еще непомерной для тщедушного тела усталостью и могу объяснить то, что я умудрилась проспать сигнал к побудке — омерзительно пронзительный звонок, топот множества ног и детские возгласы.
Очнулась, лишь когда край шкуры приподняли, и на меня уставились сразу три оживленные мордашки.
— Новенькая. А жилетка ничего, — деловито оценила мою одежду одна из них, лет семи на вид.
— Из водников наверняка, — скривилась вторая, постарше. Примерно моя ровесница.
