– Одна, в незнакомом городе? А где ночевала? – не отставал маг.
Я остановилась, развернулась к нему лицом и многозначительно уперла руки в бока.
При виде этой позы у валькирии в моем родном мире народ бледнел от страха и разбегался кто куда. Знали, что деву довели до ручки и хорошего можно не ждать.
Здешние жители еще не пуганые, так что Хозяин льда и шагу назад не сделал. Только бровь вопросительно выгнул.
– Послушайте, я же не спрашиваю, где ваше гнездо порока… ну в смысле убежище контрабандистов. И не допытываюсь, где вы спите и с кем. Вот и вы не лезьте в мою личную жизнь!
– Какая у тебя еще личная жизнь? – оторопел от моего напора водник.
– Обычная! И не то, что вы подумали, извращенец, —высказавшись, я развернулась и первой двинулась дальше по заснеженной дорожке.
На улицах уже появились редкие прохожие. Метель улеглась, небо посветлело и сквозь тяжелые свинцовые облака прорывалось нежное зарево рассвета.
В какой-то момент шаги за моей спиной стихли.
Господин Эйсгем отстал, не желая маячить рядом с собственным домом в подозрительном виде. Я прикрыла глаза, вызывая на схеме города маячок, который успела подвесить на плащ мага. Так и есть – обходит по параллельной улице. Небось, еще и присматривает, чтобы я с пути не сбилась.
Калитка для слуг была приоткрыта, и следилок на ней больше не было. Успели поснимать за ненадобностью. Кто их установил – стражи порядка или преступники, я так и не поняла. Скорее всего, Хозяин льда постарался, на случай если меня за вьюгой не заметит.
Я прошмыгнула внутрь и тут же оказалась в радушных объятиях госпожи Гиссы.
– Добралась все-таки! С тобой все в порядке? – и шипящим шепотом: – Встретилась с ним?
– Угу, – буркнула я без малейшего энтузиазма. После чего безошибочно выдернула из кармана фартука ложечку и потрясла перед носом кухарки: – Я вам это для чего дала? На самый-самый крайний случай. Если за мной для допроса придут или в розыск объявят, или обвинят в чем. Я вам не девочка по вызову, по всякой мелочи прибегать!
– П-по мелочи? – ошарашенно повторила женщина.
На ее памяти главу преступной группировки так, видимо,никто не называл.
– Ваш этот… знакомый мог бы и подождать, пока я вернусь. Я же обещала! Не развалился бы, – хмуро буркнула, засовывая ложечку обратно. – Имейте в виду. Еще раз меня так дернете – я перестану реагировать. Хоть пожар, хоть потоп.
Конечно, не перестану. Случаи бывают разные, лучше перебдеть, чем недосмотреть и по лености огрести проблем. Но госпоже Гиссе об этом знать не стоит. Пусть относится с уважением и ко мне тоже, не только к Хозяину Льда.
– Хорошо. Я поняла, – голос кухарки дрогнул.
Похоже, я ее неслабо напугала. Бедняга не ожидала, что мелкая пигалица может оказаться бандиткой похлеще контрабандистов. И что в глазах шестнадцатилетней милой девы может сиять арктический холод убийцы. Но лучше пусть сразу поймет, с кем имеет дело, и дважды подумает, если встанет вопрос предательства.
Минуту назад госпожа Гисса не задумываясь скормила бы меня преступникам. Сейчас же она засомневалась, кто выйдет из такой схватки победителем.
И не приду ли я потом за ней.
Еще как приду, разумеется. Не живьем, так духом. Мы, валькирии, врагов за спиной не оставляем.
Комната, отведенная мне в особняке, осталась прежней. Безликой и пустой. Ни личных вещей, ни безделушек.
В оазисе дожидался меня мешок с барахлом. Одежда на первое время, заколочки, ленты, прочие милые женскому сердцу мелочи. Разбросаю по столику, сразу получится обжитой вид.
А к вечеру отправлюсь на разведку по дому под видом уборки.
План пошел наперекосяк почти сразу же.
То есть вещи из оазиса я принесла и разложила без проблем. Закуток стал чуть уютнее, и в случае обыска ни у кого не возникнет вопросов. Одежда добротная, недорогая, самый минимум чтобы не замёрзнуть. Как и положено сироте из приюта.
Наступило время обеда.
Чтобы не возбуждать лишних подозрений, я честно помогла госпоже Гиссе. К готовке меня подпускать нельзя, я хороша лишь в том, что можно закоптить или поджарить на костре. Все эти духовки-сковородки по мне —излишество.
Зато я отлично умею мыть посуду.
Магией.
И пол, и столы, и прочие поверхности. Простенькое заклинание «водяной ком» собирало все лишнее, и после оставалось лишь развеять его над ведром. Пушистый серебристо-синий шарик прокатился по кухне, залезая в самые неожиданные углы, и вернулся буро-черным.
– Ничего себе! – схватилась за голову госпожа Гисса. – Это у меня такая грязь была?
– Этот малыш пробирается туда, где не ступала нога человека… или тряпка, – хмыкнула я, сбрасывая потемневший сгусток и создавая новый. – Если позволите, я пройдусь с ним по этажам?
– Да, конечно! Только в кабинет не ходи, там господин Эйсгем сам порядок наводит.
Вот незадача!
– Разумеется, – заулыбалась я, подхватывая два ведра:одно с чистой водой, второе – с отработанной.
С чего бы мне спорить. Я тут первый раз, откуда наивной деревенской девице знать, где кабинет секретаря? Ненароком вломлюсь – никто не осудит.
