– Да, прости. Мне говорили, что я склонен легкомысленно относиться к вещам, особенно если они меня волнуют. – Он указывает на крыльцо резиденции. – Прошу, мы можем присесть? Мы можем… поговорить?
Я внимательно слежу за парнем, опасаясь любых резких движений, и присаживаюсь на край ступеньки. Он садится рядом со мной. Настроенный уже серьезнее, парень прочищает горло.
– Я… – он со вздохом прерывает себя, чтобы начать снова. – Ты напомнила мне о моей прежней жизни, до того, как я уехал из столицы.
Кан смотрит в землю, его пальцы рисуют бессмысленные узоры из завитков на камне.
– Я хотел прикинуться студентом, который не был бы связан с историей моей семьи. Я был обычным парнем, который одним весенним утром встретил девушку на рынке и хотел провести с ней время.
На мгновение грусть в его голосе согревает меня, и я почти ему верю. Но потом я вспоминаю вспышку меча в свете костра.
– Ты спрыгнул с крыши, – я обращаюсь к Кану, но также напоминаю об этом и себе. – Тебя схватила охрана. Они допросили и заперли тебя. А сейчас ты снова появился передо мной. Как мне поверить в то, что ты не наделен никакими сверхъестественными способностями? Или что у тебя нет злого умысла?
Он смотрит на меня с явным весельем в глазах.
– Не хотелось бы разочаровывать тебя. У моего отца все еще есть друзья во дворце. У чиновников долгая память, поэтому десять лет для них – ничто. Они договорились, что я останусь в резиденции Зимних Снов под усиленной охраной. Я выскользнул во время смены, но уже совсем скоро меня примутся искать.
– Почему ты не уходишь из дворца? – внезапно выпаливаю я. – Ты можешь сбежать. Вернуться домой к отцу.
Кан хмурится.
– Все не так просто. Я пришел сюда по определенной причине, и мне нужно выполнить свою задачу.
Я жду подробностей, но парень молчит. Мы сидим в тишине, каждый размышляет о своем, пока он снова не начинает говорить.
– Но мне нужно было найти тебя. – Я скольжу взглядом по Кану, он наблюдает за мной, и его темные глаза сверкают. – Чтобы… не знаю. Объясниться? Загладить свою вину? Чтобы убедиться, что я не оставлю у тебя плохих воспоминаний на случай, если меня казнят к концу недели?
Я с ужасом смотрю на него. Кан тянется ко мне, чтобы утешить, но он выглядит удрученно, когда я отшатываюсь от него.
– Насколько мне известно, моя казнь не входит в ее планы. Хотя, уверен, у некоторых из ее советников наверняка руки так и чешутся, как бы добавить к моему имени очередной гнусный поступок.
Я смотрю на парня, на этот раз надеясь по-настоящему его увидеть. Даже если он продолжает лгать, я видела то, что явил «Золотой ключ». Я знаю, что на мгновение мы оба увидели самые потаенные и темные тайны друг друга. Печать над его сердцем. Чай, который я налила маме. События, которые безвозвратно изменили нас.
– В своей камере я постоянно думал о дне, который мы провели вместе, – мягко произносит Кан. – Прошло очень много времени с тех пор, как я проводил хотя бы час так. Никаких ожиданий. Никаких переживаний. Это многое значило для меня. – Он снова встречается со мной взглядом. Кан выглядит искренним. Уязвимым.
Что-то по-прежнему происходит между нами, опасная связь.
– Я не знаю, как доказать тебе это, – продолжает Кан. – То, что я тот же парень с рынка. Все, что я тебе рассказал, – правда. Я вырос рядом с дворцом, а мой отец – солдат.
– Я бы не назвала генерала Кайлани простым солдатом, – я усмехаюсь, несмотря на все происходящее. Разговоры о генерале продолжились даже после предупреждения Малыша Ву. Это напоминание об истории Дакси. Генерал проложил кровавую тропу через империю, укрепляя власть императора. Ходили слухи, что генералу было недостаточно его должности, он жаждал большего. Больше силы, больше солдат, больше богатства, пока он не возжелал трона дракона.
– В глазах всех он был генералом, но для меня он все равно остается отцом. Тем, кто взял меня в свой дом, когда я был младенцем. – Кан пожимает плечами, его губы вытягиваются в тонкую линию. – Я не хочу говорить о моем отце.
– Я… – я открываю было рот, чтобы задать больше вопросов. О том, как он стал приемным сыном Изгнанного Принца. Но голос глашатая пронзает ночь, извещая о времени.
Кан встает на ноги, прежде чем я успеваю моргнуть, бдительный и готовый. Я понимаю, что он нечто большее, чем привык себя считать. Угроза.
– Завтра? – он смотрит на меня сверху вниз, в голосе затаился вопрос, а в глазах проскользнуло обещание. – Надеюсь, ты назовешь мне свое имя.
Шаги приближаются. Патрульные, должно быть, возвращаются. Кан все еще ждет моего ответа. Это риск, который я не могу себе позволить. У меня и без того достаточно проблем. Но мне также нужно увидеть его снова.
Я киваю.
Быстрая вспышка его улыбки в ночи подобна молнии на фоне темного неба. Кан уходит, прежде чем я успеваю сделать еще один вдох, а затем снова исчезает над крышами.
Теперь в этом городе ночью я чувствую себя немного менее одинокой.
