«Лежа на кровати, ее охватывал жуткий страх». Здесь есть несколько вариантов редактуры:
• «Она лежала на кровати и чувствовала жуткий страх». (Да, да, «жуткий страх» — это масло масляное, но автор написал так. А здесь мы разбираемся с другой ошибкой.)
• «Жуткий страх охватил ее, когда она лежала на кровати».
• «Лежа в кровати, она почувствовала жуткий страх».
• «Когда она лежала на кровати, ее охватил жуткий страх».
• «Ее, лежащую на кровати, охватил жуткий страх».
Выбираем любой вариант в зависимости от контекста и собственного чувства прекрасного. То же самое можно проделать и с другими предложениями, в том числе с безличным, например, превратив его в обычное сложносочиненное предложение: «Я вышел на улицу, и мне стало холодно». Вообще непонятно, зачем здесь нужно деепричастие. Та же самая история: «Выглянув в окно, у меня испортилось настроение». Основной глагол — «испортилось», действие выполняет подлежащее «настроение». И деепричастие тоже обозначает действие «настроения». Значит, это настроение выглянуло в окно? Можно ведь по-другому: «Когда я выглянула в окно, у меня испортилось настроение». А еще лучше — без «когда»: «Я выглянула в окно, и у меня испортилось настроение». Здесь вообще не нужно деепричастие.
Но любовь к этой части речи неистребима у многих авторов, что, возможно, связано с использованием разговорного стиля.
Личные местоимения не на месте
Среди слов, оказывающихся не на своем месте, вторыми по популярности являются личные местоимения (он, она, они, мы, его и т. д.). И не случайно, так как это самые простые заместительные слова — вещь в литературном произведении весьма полезная. Они позволяют избегать повторов существительных и имен собственных, заменяя их по мере надобности. Вот только мера эта у авторов бывает разная, а то и вовсе отсутствует, и местоимения используются без всякой меры. Когда в тексте, особенно в ближайших предложениях и абзацах, местоимений слишком много, то начинаешь теряться, становится непонятно, о ком и о чем говорит автор. Вот такой пример из реального текста:
«Не медля, приблизился к ней и не без сожаления начал обработку сознания, стирая себя из ее памяти. Она не должна знать, что мы с ней снова встретились. Черт бы с ним, если она разобьет мою машину…» Кто здесь кто, даже в контексте понять сложно.
Еще одна ошибка заключается в том, что автор употребляет местоимение через несколько абзацев после того, как упомянул имя или объект, которые это местоимение замещают. И читателю приходится гадать, кто этот таинственный «он». Но даже если по смыслу текста можно догадаться, то все равно это будет стилистической ошибкой.
Кроме повторов, которые тоже портят текст, могут быть различные речевые ошибки из-за неправильного, не к месту употребления местоимения. Они создают эффект амфиболии, то есть неоднозначного понимания текста. Например: «Граф сорвал шляпу с головы и раздраженно бросил ее на стол». Даже в этом коротком предложении возникает двусмысленность. Шляпу бросил или голову? Понятно, по смыслу можно догадаться, что, наверное, все же шляпу, если, конечно, граф не «всадник без головы». Однако почему читатели должны гадать, что хотел сказать автор?
Вот с такими ошибками часто приходится сталкиваться при редактуре. Но это не слишком сложный случай — достаточно немного изменить предложение, поменяв местами два слова, и никакой двусмысленности не будет: «Граф сорвал с головы шляпу и раздраженно бросил ее на стол». Как правило, подобные ошибки в тексте появляются не столько из-за незнания правил, сколько из-за невнимательности автора.
Особо надо сказать о местоимении «я». При повествовании от первого лица может возникнуть настоящая «я-катастрофа», когда это местоимение используется в каждом предложении и не по одному разу, в том числе в диалогах.
