Пройдя вдоль шкафов, я остановилась возле стола. Ящиков в нем, как ни странно, не было – ни скрытых, ни потайных. Тогда я подошла к тому шкафу, который был ближе всего к столу, и сначала минут десять разглядывала его содержимое. Несколько стеклянных колб стояли на верхней полке. За ними виднелись горелка и запас маленьких кубиков прессованного топлива. Ниже прижимались друг к другу книги в настолько старых переплетах, что мне было страшно их трогать. Я протянула руку и провела пальцами по корешкам.
Мое внимание привлекли бумаги, которые лежали на полке на уровне глаз. На верхнем листе размашистым почерком были сделаны заметки о каком-то ритуале. По спине сразу пробежал холодок…
Я взяла бумаги и начала их читать, не отходя от шкафа. Дверца загораживала меня от Игната, а я не хотела, чтобы он видел мое лицо. Три верхних листа были исписаны вдоль и поперек. Я читала о ритуале и с ужасом понимала, для чего он. Но еще кошмарнее оказалось то, что нужно было сделать в ходе ритуала.
Дальше на бумагах почерк был другим. Я не сразу заметила это, но когда поняла, то пролистала всю стопку – другим почерком были написаны только листы, посвященные ритуалу.
В пальцах появилось покалывание. Ритуал по подчинению источника магии был описан в таких ужасающих подробностях, что не оставалось сомнений – им если не воспользовались, то точно собирались. В углу страницы было написано имя, при виде которого голова слегка закружилась. «Катя Михайлова», – прочитала я шепотом. Дальше был написан адрес, школа, класс. Сомнений не оставалось.
Сжав пальцы до дрожи, я сделала шаг в сторону и посмотрела на Игната. Он стоял, опершись плечом на другой шкаф, и смотрел на меня с задумчивой улыбкой.
– Вы нашли что-то интересное? – спросил он.
Не найдя в себе силы ответить, я молча кивнула.
– Полагаю, сейчас вы обдумываете варианты, как притащить меня в Комитет? Каюсь, я забыл спрятать бумаги и надеялся незаметно вытащить их, пока вы будете осматривать другие шкафы. Кто же знал, что вы, Мия, сразу же залезете в нужный?
Я поджала губы и задумалась, куда сунуть бумаги, чтобы Игнат не успел их уничтожить до того, как я его обезврежу. Но человек, похитивший двоих детей, не собирался давать мне времени на раздумья. Магия взвилась, опутывая меня со всех сторон. Я выставила защитный узел, но практически мгновенно поняла – силы Игната не ограничиваются запасами его личного потенциала.
– Марик! – закричала я, понимая, что если он не поможет, то останется без проводника.
Сине-зеленый дракон возник прямо на столе. Я почувствовала, как сливаются наши с ним энергии, и сплела магические нити в мудреное заклинание, отсекающее волшебника от внешних источников. Глаза Игната расширились. Длинные пальцы задрожали, и с них сорвалась отдача, повалив шкафы и разбив окно. Я упала, но бумаги из рук не выпустила.
– Как? – удивленно спросил Игнат. – Как ты это сделала?
Давление усилилось. Марик стрелой пролетел над потолком, но приблизиться к Игнату вплотную не смог. Мое заклятье легло на плечи мага, но Игнат успел разбить основной узел. Концентрация силы в комнате была такой, что магия стала видна без внутреннего зрения. Я положила бумаги на пол, поднялась, наступив на них, и вскинула руки, выбрасывая магию. В ответ получила толчок чистой силы. Блеснула вспышка. Давление исчезло…
Осмотревшись, я поняла, что, кроме нас с Мариком, в кабинете больше никого нет.
– Ушел-с-с черес-с окно-с-с-с, – прошипел Марик. Чешуя на его спине вздыбилась волной и опала.
– Это он.
– Да-с-с. – Марик посмотрел на меня желтыми глазами. – Он-с-с был-с-с там-с-с-с-с.
– Где? – не поняла я.
– Ф старом-с-с доме-с-с, где-с-с ты-с обнималасссь с-со Сстасссом-с-с.
Если Игнат был в доме Кудрявцевых, значит, он однозначно связан с революцией. Зачем ему это? Фёдор и Дарья без колебаний соединили убийцу источника с революционным движением. Но я теперь точно знаю, что убийца источника Игнат. Может ли он быть организатором революции? Если да, то зачем ему это?
Я металась по квартире, хватала вещи, перекладывала их с места на место. Открытый чемодан стоял посередине комнаты и оставался абсолютно пустым. Я никак не могла понять, что мне понадобится в поездке, а что нет. Брала вещь, перекладывала, но так и не доносила до открытого чемодана. Брала другую и уже в следующее мгновенье забывала, что держу в руках и зачем.
Наконец я остановилась возле чемодана и, заглянув в его внутреннюю пустоту, бросила внутрь футболку.
– Чтоообы-с-с с-скрыыть-с-с-с, – прошипел Марик, материализовавшись на крышке чемодана.
– Что скрыть? – я схватила еще одну футболку и с размаху швырнула ее в чемодан.
– Ф-федоор-с-с и Дааарьяя-с-с с-считаают, что-о беспорядки-с-с, чтоообы-с-с с-скрыыть-с-с силу-с-с-с. Скрыть-с-с-с свое-с-с влиияниие-с-с-с.
– Развернуть революцию, чтобы под шумок спокойно искать и подчинять источники?
