— С этого момента ты — моя ученица. Я буду называть тебя по имени и на «ты» вплоть до окончания обучения. После — я верну тебе свое почтение, — сделав паузу и как бы ожидая возражений и не дождавшись, мужчина продолжил:
— Итак. Ты обладаешь даром, который позволяет причислять тебя к так называемым магам жизни. Не буду скрывать — я очень воодушевлен, так как с магией такого свойства мне работать еще не приходилось. В Ширтаде магом жизни была бабушка нынешнего короля, ныне покойная, а сейчас этот дар активен у родной сестры Айдина принцессы Висаль. С ней ты познакомишься через несколько недель на приеме по случаю ее дня рождения — ей исполняется двадцать лет. Маги жизни довольно редки, но это вполне объяснимо. В Ширтаде считают, что рождаются именно с тем даром, который требуется в данный момент.
Таллан замолчал, ожидая вопросов. И они были:
— И для чего же нужны мы этому миру?
— Твой вид магии дает тебе возможность порождать жизнь, — мужчина увидел, что я собираюсь что-то сказать, поэтому, выставив ладонь в останавливающем жесте, продолжил:
— Не перебивай. Я сейчас поясню.
Наставник подошёл к шкафу и что-то взял. Через секунду он поставил передо мной на стол два предмета: горшок с цветком и блюдце с семенами.
— Это семена. Способны они дать жизнь цветку или нет, не известно, но можем предположить, что — да. Однако точно мы об этом узнаем, если положим их в землю и польем водой. Тогда у них появится шанс, но не раньше. Твоя магия может помочь прорасти даже слабым и нежизнеспособным. А вот цветок — он крепкий, растет хорошо, но не цветет: вся сила уходит в стебель и листья. Твоя магия может дать импульс, и на нем появятся цветы. Ты не создаешь жизнь из ничего, ты зарождаешь ее искру там, где все готово для этого, однако природных сил недостаточно.
— То есть я могу спасать от неурожаев и голода? — уточнила я.
— Не совсем, и только если это целесообразно. Необходимо понимать, что закон сохранения материи никто не отменял. Допустим, неурожай случился из-за засухи. Ты можешь активировать рост зерна, но тогда оно высосет всю оставшуюся воду и минералы из земли, и она надолго перестанет быть плодородной. Для таких случаев есть маги земли и воды. Ты же способна сделать сильным само зерно, вот в чем твой дар. Ты порождаешь искру и волю к жизни и в прямом, и переносном смысле.
— Что значит — в переносном смысле? — спросила, а сама подумала, что у меня какая-то уж слишком хитрая магия, и нужно еще сто раз подумать, прежде чем ее использовать.
— Маг жизни может стать, например, музой: порождать творчество, там, где уже есть талант и любовь — там, где есть симпатия.
— А искру жизни в утробе? Помочь женщине с беременностью?
— Да, тот же принцип, что и зерно в земле — додумать можешь сама.
— На пути в особняк, я попросила у асури Карвиша не бить мальчугана, укравшего артефакт, и он послушал. Да и все как-то отреагировали, словно я истину излагаю.
Таллан с исследовательским интересом взглянул на меня:
— Очень интересно. А это, Маргарет, было еще одно проявление твоего дара — ты призвала к милосердию тех, у кого изначально было сострадание. Маги жизни очень разносторонние, раньше их даже считали богами, прося о милости. Но повторюсь, из пустоты они не творят и разбудить любовь в сердце, которое холодно, они не способны.
— Мастер, — я размышляла, как корректнее рассказать о своих выбросах магии, — а что-то еще я могу? Защитить, например? Или атаковать?
— Нападение? О, нет! Ты созидатель, возведенный в абсолют. Однако, — протянул мужчина, — ты можешь отразить чужую атаку и защитить родного человека. Летописи гласят, что в тяжелые времена магов жизни было намного больше, и вот тогда такая отражающая форма защиты использовалась ими часто. Но спасти можно только близких людей: ни себя, ни человека, к которому не испытываешь любви, не получится.
Я решила, что время переварить все это у меня еще будет, а пока заговорила о главном:
— А когда можно проводить ритуал?
— Сейчас и проведем. Смысла тянуть нет. Я даже не уверен, что он еще необходим с учетом обстоятельств. Мне кажется, обучение языку сейчас даже важнее.
Расслабившись за разговором с человеком, который свободно говорит на всеобщем, я и забыла о своей проблеме с общением.
— Да, мастер Таллан.
— Для начала я дам тебе азбуку, это хорошая книжка для маленьких ширтадцев, — на лице наставника промелькнула тень улыбки, — выучишь буквы, дальше уже магия поможет.
Увидев мое нетерпение, мужчина все же сжалился:
— А теперь ритуал. Итак, дай мне свою ладонь.