— Кажется, делать этого он не умеет. Год назад я уговаривал его попросить у короля милости и разрешения жениться на айсе Ортис даже без магии. Он ведь ее любил и … любит. Но мой брат слишком горд. Когда я увидел тебя в лодке и узнал, что ты маг жизни, я позволил моему брату тебя увезти. Я надеялся, что Максур поймет, кто ему по-настоящему нужен, и все встанет на свои места. Прости, я воспользовался тобой. А брат оказался редкостным твердолобым болваном.
— Райан… Я признательна тебе за честность.
Мужчина склонил голову, принимая благодарность и признавая вину одновременно.
— Когда ты хочешь, чтобы я пошла к Натали?
— Я пришел за тобой. Признаться, я увидел, что северяне ушли, и хотел застать тебя одну. Думаю, рэн Роксвел не отпустил бы тебя со мной.
— Я могу и сама решать, с кем и куда мне идти! — вспылила я.
Карвиш тактично промолчал, хотя пауза была весьма красноречива.
— Ну хорошо. Пошли! Я готова! — бодро заявила я.
— Мне кажется, церберы внизу тебя все же не выпустят.
Я задумалась. Меня распирало от решимости выполнить задуманное. Чувство противоречия взыграло, и я готова была действовать решительно.
— А магия на что? Ты выйдешь, а я буду под пологом.
— Уверена?
Я вздохнула.
— Конечно! Если поспешим, смогу вернуться раньше своих.
— Что ж, пошли.
Так стремительно я еще не врывалась ни в одну авантюру. Вспомнила побег с Гриншоу и усмехнулась. В этот раз полог невидимости был накинут лично мной. Я поняла, что получаю удовольствие: впервые использовала магию для какой-то конкретной цели. Проходя мимо стражи, я даже показала им язык. Они не увидели мою выходку, но мне стало легче.
Райан не сел на коня. Взяв его под уздцы, он направился по тропинке, по которой ранее ушли мои соотечественники. Я шла рядом, еле поспевая за его быстрым шагом. Когда лес скрыл нас от стражников, я сняла полог, и мы продолжили путь верхом: Карвиш посадил меня перед собой.
Подъехали мы не к главным воротам, а к металлической решетке в северной части замка. Стража открыла ворота, и мы въехали в небольшой двор. Нас ни о чем не спрашивали, поэтому мы спешились и вошли внутрь.
Открыв дверь, мы увидели лестницу, ведущую вниз. Похоже, в этой части дворца был сделан отдельный вход в подземелье. Картина тут резко отличалась от того, что я видела в центральной части. Никакой роскоши или намека на цвет: серые стены и много ступенек. Казалось, спускались мы целую вечность, но в итоге пришли в длинный коридор, освещаемый только редкими магическими светильниками.
Проходила мимо одной камеры за другой. Были ли они пусты, или там были узники, я не видела. Рассмотреть в темноте было сложно, да я и не пыталась. Чувствовала нервозность в этой гнетущей атмосфере. Органы чувств ловили запах сырости, плесени и тоски. Это было намного хуже, чем моя камера в Троксе. Удивительно, но никто из стражников не останавливал нас, и мы спокойно дошли до камеры, на которую мне рукой указал Карвиш.
— Мы на месте. Я отойду, чтобы не мешать. Когда закончите, позови меня.
Я встала перед решеткой и вгляделась, ища узницу.
— Айса Ортис, вы здесь? — спросила я и вздрогнула, когда услышала ответ из темноты.
— Предлагаю не тратить время на титулы и светский пафос, Элизабет. Мне сказали, что так тебя по-настоящему зовут.
Девушка подошла к решетке, и светильники позволили выхватить ее лицо из тьмы. Уставшая, но спокойная. А я не знала, с чего начать разговор. С самого начала я не была этой айсе соперницей, всю эту кашу заварил Максур.
— Я хотела сказать, Элизабет, что не собиралась тебя убивать. Цель была в другом — я хотела лишить тебя магии.
— Что? Но зачем.
— Когда-то меня тоже ее лишили. Я не знаю, за что. Но никто не стал разбираться, все просто приняли как данность. Я потеряла все! Все! Я люблю Максура, а он отказался от меня из-за чего? Из-за дара? — девушка почти кричала.
— Но я же не виновата в том, что твой дар исчез.
В попытке успокоиться Натали металась туда-сюда, и я почти не видела ее, когда она пропадала в тени своей камеры. Интересно, а почему в камере нет ни одного светильника? Это особый способ деморализации арестантов?
— Да, я знаю. Но я подумала, что, если еще раз случится подобное, все поймут, что магию можно отобрать. Про меня тоже начнут говорить. Ведьма сказала, что это возможно, что ритуал по лишению мага силы существует, и она его знает. А вот как вернуть — у нее знаний нет.
— И что же ты сделала?
— Ведьма дала мне несколько драгоценных камней, заговоренных на твое имя. Мы подкупили швей, они украсили твое платье ими. Все должно было быть незаметно. Ты ничего не должна была почувствовать. Просто уже не смогла бы обратиться к своей магии никогда. И король не одобрил бы ваш с Максуром брак. И… все. Но даже это у меня не получилось. — Натали вновь заплакала.
Мне не хотелось ее жалеть. Она плачет, что не отобрала у меня магию? Не могу ей в этом посочувствовать. Внезапная мысль заставила задать вопрос:
— Погоди, так это не ты испортила мне упряжь на охоте?
— Я? Упряжь? Ты о чем? О том, как ты упала с лошади? Зачем мне это? Чтобы Максур тебя на руках носил? Нет, это не я.