В этот раз мой огненный шар, возникший у самого лица мага, был рыжим и плевался искрами. Темноволосый снова отшатнулся, сделал шаг, споткнулся об откатившийся к трону шлем и неловко, полубоком упал в кресло.
Что будет дальше – я уже знала, потому что тысячу раз видела это во сне.
Рейн, крутя топор над головой так, словно тот ничего не весил, прыгнул следом. И, в последний момент перехватив топорище двумя руками, ударил со всей силы. Я зачарованно смотрела, как отрубленная голова нашего врага подлетела вверх, а потом с глухим стуком упала на пол… Из перерубленных артерий ударил фонтан крови. Топор со всего маху рассёк спинку трона, покорёжив её, и намертво застрял.
– Ингварр зирг дра! – Рейн победным жестом вскинул кулак над головой. Потом наклонился над безголовым телом в кресле, сунул обе руки в алый фонтан бьющей из шеи, удовлетворённо уставился на окровавленные ладони и провёл ими по лицу, превращая его в жуткую багровую маску. Только глаза горят и зубы сверкают.
И, не обращая внимания на застывшего как статуя у открывшейся в стене щели тайного прохода Риналдо, сиганул ко мне. Одной кровавой дланью обнял за талию, вторую запустил в волосы и впился в рот поцелуем. Его губы были перемазаны в крови, поцелуй был властным, жадным, даже грубым… но я не протестовала. Только, вспомнив, что опять могу двигаться, закинула мужу руки на шею. А потом, когда он отстранился, чтобы перевести дыхание, сказала:
– Спасибо тебе, Ингварр! Ты всех нас спас. Но сейчас верни мне Рейна. Пожалуйста… Я прошу тебя.
На несколько секунд мы замерли. А потом я услышала родное:
– Ох, Сита…
У Риналдо хватило самообладания не вызывать стражу сразу.
Сначала король подошёл к изувеченному трону, подёргал за топорище, приподнял бровь. Потом нагнулся, поднимая за волосы отрубленную голову.
– Тяжёлая какая. Как-то не представлял, что голова столько весит. – Перевёл взгляд на нас: – Рейн, ты понял, кто это был? И… гм-м… мазать лицо кровью – это было обязательно?
Рейн, словно только сейчас заметил, уставился на окровавленные руки, пропитавшиеся кровью манжеты и заляпанный камзол.
– Прости, кузен. Ты же понял, что это была ментальная магия? Нас с Ситой сначала опоили, потом подчинили. Всё, что я смог сделать, чтобы преодолеть принуждение, – это впасть в бешенство и стать берсерком. Результат ты видишь… – Рейн покосился в сторону покалеченного трона с гордо торчащим из спинки топором. – И да, думаю, я знаю, кто это. Он оборонил интересную фразу, что мы плохо посчитали наследников… Помнишь, один из потомков Урсулы – кажется, Марк – семнадцать или восемнадцать лет назад отплыл за море и пропал? По идее, он должен стоять передо мной и даже перед Люциусом.
Я, подавив рвотный позыв, уставилась на голову, которую Риналдо водрузил на широкую ручку трона лицом к нам. Да! Ведь похож! Тёмные волосы, длинное лицо – типичный Райнесан! Как я сразу не сообразила?
Риналдо, брезгливо отряхнув руки, тоже уставился на труп в кресле.
– Маг из дома Райнесан, овладевший ментальной магией. Это всё объясняет.
Я прикоснулась пальцами к лицу, перемазанному после Ингваррового поцелуя кровью. Кожу уже тянуло. Посмотрела на кончики пальцев – красные. И почему-то мелко дрожат.
– Кузен Риналдо… – обратилась я к королю. Тот, похоже, меня не расслышал. Я прокашлялась и позвала громче: – Кузен Риналдо, ваше величество!
Ага, обернулся ко мне.
– Можно ли где-то умыться, пока кровь не засохла?
А ещё хотелось прополоскать рот, наполненный горечью и привкусом железа и страха. И сесть – потому что ноги совсем не держали.
Рейн понял. Оказался рядом, поддерживая меня за талию и давая опереться на руку. Я подняла к нему лицо и меланхолично сообщила:
– Могу навести «отвод глаз». Тогда получится, никого по пути не пугая, уехать домой. Только всю карету кровью перепачкаем.
Рейн – в первый раз с того момента, как мы услышали про проклятый ибап – улыбнулся этому образчику женской логики.
– Согласен. Кареты лучше не пачкать. – Обернулся к королю: – Кузен?
– Сейчас проведу вас по тайному ходу в комнату с ванной. Заходите вон туда, – Риналдо махнул рукой в сторону щели в стене. – А я прикажу, чтобы тут убрали, и догоню вас… – И добавил вслед: – Но лих ты с топором! С одного удара! Я и не знал…
Домой мы попали через полтора часа, когда голодная Соль уже хныкала и негодующе брыкалась в кроватке. Меня шатало, качало и заносило, как утлую шлюпку в шторм. Рейну, кажется, было не лучше – я понимала, после такого выброса адреналина неизбежен упадок сил.
Но неужели это всё? Неужели мы справились и заговор обезглавлен? И теперь можно вздохнуть? Вернуться в Сотэру, в наш сад и нашу спальню, забыть о ящиках, полных грузовых деклараций, и о толпе коррумпированных чиновников?
Счастье-то какое!
Сидя на кровати с дочкой на руках, я глупо хихикала, пытаясь сообразить, как буду расчёсывать спутанные, слипшиеся от крови волосы.
Ох, пусть теперь это будет самой большой моей проблемой!
Глава 11
Лучший способ что-то запомнить – постараться это забыть.
М. Монтень
