Жизнь в Тайпине была свободнее, чем в столице. Хотя правила никто не отменял и гарем оставался гаремом, но уже то, что в западную столицу не поехала вдовствующая императрица, делало жизнь проще. Императрица-мать не любила пустые хлопоты и часто говорила, что в ее возрасте надо чаще поклоняться Будде, а не бегать от жары из дворца в дворец. Она очень редко покидала свои покои. Это случалось только по большим праздникам. Обычно с ней виделись только императорская чета, принц и принцессы. Наложницам не дозволялось приходить к императрице-матери без вызова. Вот и получилось так, что за все время, что я провела в гареме, я еще ни разу ее не видела. Но я часто слышала о ней от отца и брата. Они хвалили ее мудрость и таланты. Поэтому, даже не видя ее, я уже уважала и почитала вдовствующую императрицу. И вот я оказалась вдалеке от нее, и это напомнило мне те времена, когда я уезжала из родного дома, чтобы погостить у дедушки. В его усадьбе я всегда чувствовала себя свободнее и беззаботнее.
По приезду в Тайпин нам надлежало выбрать дворцы и павильоны, в которых мы будем жить. Сюаньлин выбрал прохладный и тихий дворец Шуйлюнаньсюнь. Императрица, согласно правилам, выбрала соседний дворец Гуанфэнцзиюэ. Мэйчжуан понравился павильон Юйжунь, во дворе которого росли ярко-зеленый бамбук и пышные папоротники. А меня Сюаньлин хотел поселить в боковом зале своего дворца, чтобы мы могли видеться и днем и ночью. Настолько сильно он не хотел со мной расставаться. Но я посчитала, что это привлечет лишнее внимание и вызовет ненужные нам проблемы, поэтому вежливо отказалась. Тогда император сказал, что я могу поселиться в павильоне Ифу, который располагался неподалеку от Шайлюнаньсюня. Когда передо мной распахнули ворота, я первым делом заметила озеро, сплошь покрытое цветущими лотосами. В этот момент я поняла, что павильон Ифу идеально мне подходит.
Я не смогла сдержать удивления, когда вошла в главный зал. Повсюду стояли горшки с разными видами жасмина, магнолий и другими белыми цветами. Это было так мило! А еще в каждой комнате было установлено ветряное колесо [119]. Хуан Гуйцюань вежливо поклонился и заискивающе улыбнулся:
– Его Величество знает, что госпожа ваньи любит приятные ароматы, поэтому велел принести свежие цветы и установить ветряные колеса, чтобы вы могли насладиться прохладой и цветочными запахами. Вы ведь знаете, что летом лучше не зажигать благовония, чтобы в помещении не становилось еще жарче.
И правда, колеса вращались, обдували меня ветерком и разносили по всему павильону благоухание цветов.
– Другие младшие хозяйки никогда не удостаивались такого внимания. – Поток лести евнуха не прекращался. – Вы первая во всем гареме!
Меня тронула забота Сюаньлина. Он был очень внимателен по отношению ко мне.
– У нас очень щедрый государь. – Я посмотрела на евнуха Хуана и велела: – Пойди и скажи, что я лично приду, чтобы поблагодарить его за милость.
– Слушаюсь. Но боюсь, что император вскоре отправится на охоту. Госпожа, вы пока отдохните и не спешите с визитом.
– У него столько хлопот, но он все равно не забыл обо мне. – Я улыбнулась, ощущая тепло на сердце.
Тем временем евнух Хуан продолжал рассказывать о жизни в Тайпине:
– Пока что здесь не жарко, но когда наступят три декады жары [120], мы будем вытаскивать лед из ледника и разносить по дворцам. Он помогает пережить самые жаркие дни. Император уже дал указ Министерству двора, чтобы мы приносили вам лед по первому требованию. Мы будем изо всех сил стараться услужить вам.
Я покосилась на него и украдкой усмехнулась.
– Евнух Хуан, ты так тяжело трудишься. Ты ведь мог послать вместо себя любого младшего евнуха, но решил прийти сам. Сходи-ка к служанке Цуй, скажи, что я велела наградить тебя серебром. Считай, что я так угостила тебя чаем.
Хуан Гуйцюань засуетился и затараторил:
– Что вы, госпожа! Я не посмею! Я ваш покорный слуга и должен быть счастлив только от того, что могу быть вам полезен. Я не осмелюсь принимать награду за то, что входит в мои обязанности. – Сказав это, евнух склонился и попятился к дверям.
После того как евнух ушел, Пэй не выдержала и высказалась:
– Как только госпожу Хуа лишили власти, этот жалкий человечишка научился быть вежливым. Он смотрит на вас как верная собачонка. Был бы у него хвост, он бы точно его поджимал, боясь, что за чем-нибудь недоглядит и его накажут.
Лючжу рассмеялась:
– Даже сама наложница Хуа лишилась своего поста, выступив против нашей госпожи. Думаешь, при дворе найдется еще кто-нибудь, кто посмеет относиться к ваньи Вань с пренебрежением?
Я строго посмотрела на служанок:
– Хватит бахвалиться. Лучше сходите и сорвите пару листьев лотоса и сварите суп.
