Когда Линжун немного успокоилась, она наконец-то смогла объяснить мне, что случилось. Оказалось, из-за того, что на юго-западе накалялась военная ситуация, Сюаньлин велел главе уезда Сунъян, Гэн Вэньцину, перевести собранные налоги в безопасное место. Неожиданно на обоз напали вражеские разведчики и разграбили его, забрав и деньги, и провиант для армии. Гэн Вэньцин успел сбежать с места боя, захватив с собой часть серебра. Император, узнав об этом, разгневался и велел поймать и обезглавить Гэн Вэньцина, а его помощника и счетовода уезда – бросить в тюрьму. Теперь их жизнь висела на волоске и зависела от настроения Сюаньлина.
– Гэн Вэньцин заслужил смерть, сбежав с поля боя, но в чем провинился мой отец? – Линжун говорила с трудом, всхлипывая и вытирая слезы. – Я очень боюсь, что император в порыве гнева не только заберет все имущество нашей семьи, но и казнит отца. Знаешь, мой отец всегда был осторожным человеком. Он не стал бы рисковать жизнью и замышлять подлость вместе с Гэн Вэньцином.
– Не надо так рыдать, еще ничего не решено, – попыталась я успокоить Линжун. – Давай лучше подумаем, что можно сделать.
– Император очень серьезно относится ко всему, что касается армии. Если посчитают, что отец как-то связан с побегом господина Гэна, то это ничем хорошим не закончится. – Линжун нахмурилась и печально вздохнула. – Я простая наложница, от чьего слова ничего не зависит. Что я могу сделать?
Я поняла, что подруга хочет, чтобы я пошла к Сюаньлину и попросила пощадить ее отца.
– Я знаю, что ты хочешь сказать, но наложницам запрещено вмешиваться в государственные дела. Ты и сама это знаешь.
Услышав мои слова, Линжун снова зарыдала от отчаяния. Я немного подумала и сказала Цзиньси, чтобы подготовили паланкин. Затем я позвала Лючжу и Хуаньби, чтобы они помогли мне переодеться и привести себя в порядок.
– Линжун. – Я крепко сжала руку подруги. – Сейчас мы можем сделать лишь одно: просить помощи у императрицы.
Линжун перестала плакать и кивнула. Теперь в ее глазах появилась надежда.
После полудня опять стояла жара. Несмотря на то что слуги несли паланкин в тени стены, я все равно сильно вспотела. Наложницам запрещалось осквернять взор повелительницы неопрятным видом, поэтому перед тем, как зайти во дворец, я оправила рубашку и юбку, пригладила волосы на висках и вытерла пот с лица. Только приведя себя в порядок, я велела служанке доложить о нашем приходе. Вскоре к нам вышла Цзяньцю. Она вежливо поклонилась мне и Линжун, после чего сказала:
– Прошу прощения, госпожи младшие хозяйки, но Ее Величества нет.
– Разве в это время матушка-императрица не наслаждается дневным сном? – недоверчиво спросила я.
Служанка недовольно поджала губы, но тут же опомнилась и вежливо улыбнулась.
– Ее Величество ушла в Шуйлюнаньсюнь, чтобы увидеться с императором. Вы ведь тоже пришли сюда, чтобы увидеться с государыней, поэтому в этом нет ничего удивительного. Я не знаю, когда она вернется, но вы можете пройти в боковой зал и подождать. Чай уже подан.
– У нашей государыни есть дар предвидения. Что ж, большое спасибо, барышня Цзяньцю.
Мы вместе с Линжун прошли вслед за Цзяньцю в боковой зал. По пути я размышляла о том, как быстро императрица узнает новости. А еще она предугадала, что мы с Линжун придем к ней просить о помощи, поэтому сразу же отправилась к Сюаньлину, чтобы ходатайствовать за отца Линжун. Императрица оказалась понимающей и отзывчивой. Я посмотрела на нее другими глазами.
В этот момент меня озарило. Я поняла, почему императрица смогла удержать трон и Печать феникса, несмотря на то что император не испытывает к ней большой любви. Это произошло не потому, что она племянница вдовствующей императрицы, и не потому, что первая императрица была ее сестрой. Если сравнивать скромную императрицу и ее главную соперницу, высокомерную наложницу Хуа, разница была огромной. Но императрица, в отличие от Хуа, ни разу не попадала в опалу и непоколебимо занимала трон с фениксом. А все потому, что она всегда обдумывала свои слова и поступки, она всегда была на шаг впереди других и знала, кому и в какой момент надо помочь. На самом деле устранение гуйпинь Ли и наказание фэй Хуа не входило в планы государыни, но она быстро разобралась в ситуации и поняла, что если поможет нам, это будет выгодно обеим сторонам. Так между нами возникло взаимопонимание без слов. Я до сих пор вспоминаю тот день, когда обычно робкая императрица выступила вперед и помогла нам. Я была очень тронута и испытала благоговейный трепет к нашей повелительнице.
Нам пришлось ждать около четырех часов. Когда императрица вернулась, мы с Линжун встали на колени и поприветствовали ее по всем правилам. Она велела нам подняться и указала на стулья, приглашая сесть. Мы терпеливо ждали, пока императрица немного отдохнет и выпьет чаю.
