– Принц, вы не понимаете, – я покачала головой. – Мы с вами благородные люди и не делаем ничего такого, о чем нельзя было бы рассказать, но в гареме очень много женщин, и у каждой свое мнение. И не забывайте, что злые языки страшнее любого оружия. Они могут создать серьезные проблемы.
Принц слегка нахмурился, но потом кивнул, принимая мои доводы.
По возвращении во дворец я застала своих служанок и евнухов бегающими вокруг плодовых деревьев с ведрами и лопатами, поливающих и разрыхляющих землю.
– Бутоны на грушах только появились, а вы уже хотите заставить их цвести. – Меня повеселила такая суматоха.
Ко мне сразу же подошла счастливая Хуаньби.
– Госпожа, сегодня у нас радостное событие: во дворе на яблоне появились первые бутоны.
– Правда? – Для меня это была приятная новость. – А я сразу же повернула налево, поэтому не заметила. Надо обязательно пойти и взглянуть.
Слуги во дворце Танли были все молодые, любопытные и любили веселиться, поэтому, услышав мои слова, они столпились вокруг, и мы все вместе вышли во двор. И действительно, среди молодой зелени можно было заметить несколько красноватых пятнышек. Яблоневые бутоны словно чуть-чуть припудрились румянами и от этого стали напоминать щечки покрасневшей девушки. Они еще не расцвели, но уже радовали приятным ароматом.
– В «Каталоге растений» [61] записано, что у яблони замечательной [62] есть четыре подвида: яблоня роскошная, яблоня повислая, айвообразная яблоня и прижимистая яблоня, – вспомнилось мне прочитанное. – Все виды яблони замечательной красиво цветут, но ароматно цветет только яблоня роскошная. Это лучший подвид яблони.
– Госпожа, вы столько всего знаете, и у вас столько талантов! – с восхищением произнес Сяо Юнь. – Мы всегда вас внимательно слушаем и узнаем много нового. Нам есть чем похвастаться перед другими рабами, и для нас это большая честь.
Я с улыбкой легонько стукнула евнуха по лбу, чем рассмешила остальных слуг.
Лючжу посмотрела на покрасневшего Сяо Юня и с усмешкой сказала:
– Наш евнух Юнь всегда умеет сказать что-то приятное и порадовать уши любой девушки. Мы на его фоне выглядим так, словно и вовсе разговаривать не умеем.
– Если сестрица не умеет говорить, то у меня вообще рот беззубый, – пошутил Сяо Юнь, ничуть не обидевшись на ее слова. – Я бы никогда не посмел спорить с Лючжу.
– А ты знаешь, как ко мне подольститься. – Лючжу мило улыбнулась Сяо Юню. – В награду я сделаю для тебя стельки для обуви.
– Благодарю тебя, сестрица. – Евнух сложил руки в вежливом жесте и поклонился. – Но я ни за что не осмелюсь использовать стельки по назначению. Я буду хранить их у изголовья кровати, смотреть на них перед сном и вспоминать о доброте сестрицы Лючжу.
– Ну вот, ты мне уже поклонился, теперь я не смогу забрать слова обратно. – Лючжу притворилась недовольной, но тут же снова улыбнулась. – Теперь мне точно придется сделать для тебя стельки.
Я решила вмешаться в их забавную перепалку:
– Лючжу, тогда не забудь сделать стельки и для Сяо Ляня.
Евнухи поблагодарили меня, и слуги стали постепенно расходиться по своим делам.
Стемнело очень быстро. После ужина я сидела за красным столом, украшенным пятью символами благополучия, и листала «Книгу песен» [63]. В небе за окном сияла луна, а ветер разносил по всей территории дворца приятные ароматы цветущих деревьев. Ночь была полна умиротворения и красоты. В «Книге песен» все было четко и понятно. Я всегда читала ее с удовольствием, но сегодня, сама не знаю почему, я никак не могла собраться с мыслями. С неба лил серебристый лунный свет, падая на шелестящие напротив окна деревья, он создавал на оконной бумаге причудливые тени, так похожие на силуэты людей. Я блуждала в своих мыслях, и постепенно черные иероглифы на бумаге стали казаться черными глазами, которые я видела в тени абрикосовых деревьев. Я тут же вспомнила о том, что произошло сегодня днем, и на душе стало теплее. Мерцающий свет свечей, отражающийся от атласной ткани моей юбки, привел меня в чувство. Я вспомнила, что сейчас нахожусь в Инсиньтане. С трудом, но я взяла себя в руки. Мое лицо и уши горели огнем. Я сама не понимала, что со мной происходит. Перевернув очередную страницу, я увидела песню под названием «Шелковые нити» :
«Шелковыми нитями связали мы дрова. На небе сияют три звезды. Какой прекрасный вечер! Когда я увижу своего жениха? Ох, ох, какой же у меня жених?
Шелковыми нитями связали мы траву. Три звезды сияют на юго-востоке. Какой прекрасный вечер! Встретимся ли мы случайно? Ох, ох, случайна ли наша встреча?
Шелковыми нитями связали мы терновник. Три звезды сияют у дверей. Какой прекрасный вечер! Увижу ли я невесту? Ох, ох, свою невесту?»[64]
