– Домой, – шепчу я, но всем наплевать.
Джейсон раздаёт воздушные шарики, и люди привязывают конверты к верёвочкам. Мой лучший друг отпускает свой большой и зелёный шар последним. Он поднимает голову, и впервые я вижу выражение его лица.
Он явно ничего не видит: ни корабля, ни парусов, ни меня. Он отпускает верёвочку.
Зелёный шар поднимается всё выше и выше. Я бегу к нему, тянусь, но не достаю.
– Довольно, – говорит Зэл, будто увиденного достаточно. – Вот твоё доказательство. Теперь пора начать сначала. Тебе ещё многому надо научиться, Аза Рэй Квел, а времени мало.
Капитан подает знак Дэю, и он встает за штурвал.
– Поднимай, – говорит она.
– ДЖЕЙСОН! – ору я и со всей дури бросаю подзорную трубу через перила. – ДЖЕЙСОН, Я ТУТ, НАВЕРХУ!
На корабле слышатся крики, проклятия, летят перья; Дэй резко выворачивает штурвал.
– ОТПУСТИТЕ МЕНЯ С ЭТОГО КОРАБЛЯ! – Я снова пытаюсь докричаться до Джейсона. – Я ИХ НЕ ОСТАВЛЮ! ОТПУСТИТЕ МЕНЯ!
– Отступаем! – командует Зэл, оттаскивает меня от перил и прижимает к палубе.
Я стукаюсь головой с противным треском, но капитан этого не замечает. Корабль взмывает подальше от земли и дома.
Все ростре свистят и снова обращаются в птиц, хватая веревки и подтягивая нас выше. Крылья мышепаруса расширяются и трепещут.
Мою голову словно отделяют от тела.
Моё сердце осталось там. Я не могу кричать, но рыдаю, хриплю, а птица внизу кричит за меня, словно жуткая сирена.
– Пусть тебя заберёт Дыхание и раздерёт когтями и зубами! Пусть Дыхание тебя поглотит! – вопит Дэй. Он теперь держит меня вместо Зэл, пока она снова встаёт за штурвал. – Думаешь, подводники тебя любят, но ошибаешься. Они убили бы тебя, если бы знали, кто ты.
Чувствую себя так, будто меня накачали обезболивающим, наркотиками, ничего не ощущаю. Наверное, сотрясение. Ничего не сознаю.
Я всё вижу Джейсона в костюме аллигатора. Всё вспоминаю его слова в скорой, мол, он найдёт меня, не даст мне умереть.
Но у него не вышло. Он отпустил меня. И я теперь тут наверху, а он – там внизу.
– Джейсон, – шепчу я.
Дэй мгновение изучает моё лицо.
– Ты связана с дрянью-подводником. Я так и знал.
Он поднимает меня и тащит к стоящей за штурвалом Зэл, которая ведёт корабль через тяжёлые облака, прямиком сквозь бурю. Она укоризненно смотрит на Дэя, а потом пригвождает меня взглядом.
– Ты научишься следовать приказам, Аза Рэй. Ты только что рискнула кораблём и всей командой. Нам придётся отчитаться столице об утере подзорной трубы или рисковать получить санкции. Это значит, что Маганветар обратит на нас своё внимание. А нам этого не надо.
Но я её не слушаю.
Джейсон увидел меня. Мы всю жизнь провели друг с другом. Он должен был заметить меня.
– Этот корабль искал тебя годами. Хочешь, чтобы тебя снова забрали? Хочешь?
Меня тошнит, перед глазами всё плывет от горя.
– Но я люблю их, – шепчу я.
Она хватает меня за руку, удерживая на ногах.
– Мне плевать, кого ты любишь, – отвечает Зэл с надрывом и стискивает зубы. – Ты поймёшь, что значишь для Магонии. Я пожертвовала почти всем, чтобы вернуть тебя. Может, это неважно, но для меня ты всё, Аза Рэй, дороже, чем небо и звезды, дороже, чем корабль, на котором мы плывём. Тебя тут любят, ты тут нужна, и даже если тебе плевать, твоё время внизу подошло к концу. Осмотрись, Аза, вглядись в свою команду. От тебя зависит их выживание. Ты хочешь, чтобы они погибли? Из-за того, что отказываешься принять свой дом, свою силу?
Зэл царапает ногтями кожу на моей руке, и я морщусь. Пытаюсь отодвинуться, но она смотрит мне в глаза с такой настойчивостью, что не знаю, как вырваться. Я не понимаю, о чём она говорит, но ощущаю себя как никогда далеко от дома.
Я кричу. И птица внизу тоже.
– Что это? – спрашиваю я Зэл, которая меняется в лице. – Кто-то ранен?
– Нет, – коротко отвечает она, но её глаза наливаются чёрными слезами.
Интересно, почему?
Услышав мучительную песню, я тут же просыпаюсь с бешено колотящимся сердцем, путаясь в подвесной койке. Сначала я принимаю голос за продолжение кошмара, но затем вновь его слышу. Тот же, что и раньше.
Кто-то кричит:
Уши разрывает долгий пронзительный визг, высокий и ужасный. Таков зов хищной птицы на охоте, только намного хуже из-за слов.
Ведда входит ко мне в каюту, пока я пытаюсь выпутаться из койки… Она хочет помочь... чем-нибудь.
Её присутствие оказывает странно успокаивающее действие.
– Что такое? Что происходит? – спрашиваю я.
Она мгновение смотрит на меня с непонятным выражением. Если не ошибаюсь, ей грустно.
– Ничего. На этом корабле есть призрак кэнвра. Это касается капитана.
Я моргаю:
– Призрак?
– Он давно почил, живёт лишь в эхе, – поясняет Ведда и вздыхает. – Клянусь Дыханием, хотелось бы, чтобы призрак вёл себя потише. Он шумит на судне с тех пор, как ты на борту. Мы все тут нервничаем, но ничего не поделаешь. Оставь его в покое.
