Саблин, хмурый и сосредоточенный, наблюдал в окно город, подкинувший ему очередное убийство. Переехав через МКАД, машина пошла по плохо освещённым улицам на окраине города, свернула в переулок, хаотично заросший деревьями, уже скинувшими листву. По обе стороны дороги тянулись высокие заборы, за которыми располагались то ли заводы, то ли предприятия, а затем автомобиль поехал среди строек, пока не остановился на пустыре, изрытом ямами и заросшим бурьяном. В свете фар и льющегося дождя место выглядело откровенно зловеще.
Саблин вышел из машины, морщась и поднимая воротник пальто. Холодный осенний ветер пронизывал до костей, а дождь, казалось, пытался смыть с лица эмоции прошедшего дня. Майор уже подозревал, что его ждёт, но всё равно надеялся на ошибку.
Но чуда не произошло.
В центре пустыря, освещённая слабым светом дежурной машины, лежала женщина.
И опять вокруг тела расставлены свечи, погасшие от дождя, но с оплавленными фитилями. На лице — маска из чёрного воска, застывшая в жуткой, безмолвной гримасе. Руки и ноги связаны.
Саблин тяжело вздохнул и почувствовал неприятный, резкий озноб. Но не вид ужасной картины, не атмосфера места, не даже чудовищный факт нового преступления привёл майора в это состояние. Второе тело женщины говорило об одном: в городе появился серийный убийца. Но хуже всего было то, что жертва может быть не последней.
С серийниками следователь уже сталкивался. Два раза даже за истёкшие полтора года. Хотя те случаи отличались. Первый преступник, Павел Осипов, его Синицын прозвал «Сорока», был, скорее, серийным вором[16], а второй, «Шут», чьего настоящего имени установить не удалось, — наёмным киллером, убивавшим не только в России, но и за её пределами[17]. Новый же случай, похоже, классический. Однако пугало то, что при видимом отсутствии крови, чудовищных ранений и повреждений на теле жертв, которых Саблин насмотрелся за свою жизнь немало, картина преступления, тем не менее, выглядела шокирующей. Преступник, словно умелый постановщик, специально обставил всё так, чтобы зрелище угнетало, наводя необъяснимый ужас, и эмоционально подавляло.
— Кто обнаружил тело? — спросил майор.
— Сторож на стройке, — ответил Синицын. — Он делал обход и заметил свет. Видимо, от свечей. Удивился, так как знает, что на пустыре никого не бывает. Пока дошёл, дождь потушил свечи.
— Хм. Да. Дождь сильный. Свечи не могли гореть долго.
— Думаете, убийца ещё находится поблизости?
— Уверен.
Следователь подошёл ближе, стараясь не наступить на мусор и обломки кирпичей, усеивавшие землю, но дождь смывал следы, усложняя работу криминалистов.
Присев на корточки, он внимательно осмотрел тело.
Борьбы не было, жертва не сопротивлялась, как и в первый раз. Смерть, судя по всему, наступила в результате асфиксии. Но эта маска… Чёрная, гладкая, пугающе безжизненная. Он осторожно коснулся её пальцем, чувствуя холод воска через резиновую перчатку. Никаких отметин или царапин. Идеально гладкая поверхность, словно специально отполированная.
— Ну что тут? — сзади послышался голос Шульца. Прибыла команда криминалистов.
— Всё то же самое, как в заброшенном доме.
— Только здесь улик мы точно не найдём. Дождь словно помогает убийце.
— Есть сейчас что-то сказать о теле?
— Дай мне несколько минут, — Шульц наклонился над убитой.
Его команда начала работать вокруг, молча и сосредоточенно. В свете переносных ламп их фигуры казались призрачными, словно тени из другого мира. Майор очень надеялся: они найдут что-то. Мельчайшую зацепку, микроскопическую частицу, способную помочь выйти на след убийцы.
Саблин снова посмотрел на маску. Может быть, она символ, знак, который преступник оставляет, чтобы указать на мотив?
Он отошёл в сторону и достал из кармана пачку сигарет, выудил одну и прикурил. Огонёк затрепетал на ветру, освещая его лицо, встревоженное и мрачное. Затяжка обожгла горло, но на мгновение принесла облегчение. Следователь выпустил дым в сырой воздух, наблюдая, как тот растворяется в дожде. Посмотрел в тёмное небо, из которого продолжал идти ливень. В голове крутилась одна мысль: он должен найти убийцу. До того, как тот выберет свою следующую жертву. До того, как этот кошмар повторится снова. Иначе город захлебнётся в страхе.
— Мертва пару часов, — сообщил Шульц, подходя к следователю.
— То есть её убили недавно?
— Скорее всего. На голове две раны. Но причина смерти, думаю, будет идентична первой жертве.
— Чёрт! Когда сторож увидел свет от свечей, женщина могла быть ещё жива.
— Более точно скажу позже.
— Понял. Спасибо. Жду тогда деталей.
— Само собой.
В машине, по дороге в отделение, Саблин откинулся на сиденье, закрыв глаза. Голова гудела, возможно, так действовала погода или предстоящий доклад начальству. Если в городе орудует серийный убийца, в чём майор уже почти не сомневался, надо срочно докладывать Илье Ильичу.