«Привет», – это Марта. Как обычно, беспокоится обо мне, хотя беспокойство это вряд ли можно назвать искренним. Алгоритмы бота вряд ли могли испытывать настоящие эмоции в отличие от меня, встречавшего каждое сообщение со странной смесью радости и глубокой печали. Моно был редким садистом и в то же время хорошим другом. Иначе не настроил бы мне этот бот. И не заставил бы каждый раз ощущать счастье от того, что моя Марта может снова говорить со мной, а я отвечать ей, словно она рядом тут в этом мире, просто в соседнем городе и рейс откладывается уже не первый год. И в то же время понимать, насколько искусственно это ощущение. Словно голографический живой памятник на надгробье, где молчаливый улыбающийся человек смотрит на тебя из прошлого сквозь стеклянную толщу времени, а ты не можешь даже прикоснуться к нему. Такие стали популярными совсем недавно и теперь тихие кладбища похожи на бал мерцающих неоновых призраков. Я ловил себя на мысли, что отвечаю в чате все реже. Наверное, привыкал к мысли о том, что электронный суррогат не заменит живую Марту. Но сил отключить его насовсем у меня все еще не было.
В этой кофейне мы были с ней всего лишь раз. Стояли у огромного окна, поскольку все столики были заняты и пили яичный кофе из картонных стаканчиков. Она только что прошла собеседование на курсы офисных дизайнеров, а я отходил от тяжелой ночной смены, мечтал вернуться домой и упасть в кровать. Но судя по игривому взгляду Марты, желанный сон придет ко мне очень нескоро. Куда позже, чем касание шуршащих простыней.
«Как прошло?», – в сотый раз спрашивал я и забывал ответ.
«Всего полгода и ты меня не узнаешь. И наш дом ты тоже не узнаешь», – смеясь отвечала она.
«Ты будешь экспериментировать на нашей милой берлоге?»
Она морщилась.
«Берлога – для одиночек. У нас с тобой дворец, хоть и маленький»
«И ты хочешь сделать из него бездушный кабинет вроде тех, которые плавятся на вершинах Башен»
«Не пойму, ты рад за меня или нет?»
Она нацепила на голову экутер. Очень дорогой и тонкий, почти скрывшийся под ее волосами.
«Это откуда?»
«Марсель подарил в честь окончания курсов. Тебе нравится?»
«Отлично. Значит он обо всем узнает первым»
Она щелкнула меня по кончику носа.
«Не сердись. Я просто встретила его внизу. Он заезжал в то же здание по своим делам. Ты же знаешь, у него постоянно куча дел»
Даже если Марсель подвез ее на курсы, она бы ни за что не сказала. И спрашивать я не стал. Только допил горячий кофе одним большим глотком.
«Ты сердишься?» – спросила она.
«Нет. Я просто боюсь, что совсем перестану тебя видеть»
Марта обняла меня за шею, пристроив где-то там за моим косматым затылком картонный стакан, и поцеловала меня в уголок губ.
«Я всегда буду рядом»
– Ты всегда рядом, – тихо сказал я браслету и отключил его. По глянцевой поверхности побежал красный пунктир.
Яичный кофе все еще был в меню. И даже не подорожал. Только подавали его теперь в пластиковых чашках.
Я спустился на натужно скрипящем лифте вниз, прошел через огороженные железным забором горы строительного мусора и сел на первый же автобус.
Пересеклись мы в первый раз в обозначенное время на платформе «Нан Тьяо». Два вагона монорельса разбегались в разные стороны, но некоторое время двигались параллельно друг другу. Я видел толпящихся за стеклом людей. Алина стояла у двери и безучастно смотрела на меня, только едва заметно качнула головой. Я видел затылок Лани, светлые волосы которой были уже собраны в хвост. А потом составы разъехались в разных направлениях. Ровно через час мы уже стояли у вестибюля бывшего метро, вход в который преграждали группки хангеров, перемигивающихся экутерами, странно одетые адепты разных подпольных сект с листовками и брошюрами и ленивые городовые, изредка поднимающие сканер лиц на скользящую в вестибюль толпу. Заметив характерное движение рукой, я быстро сунул удостоверение под нос скучающих полицейских и подхватив Алину и Лань под руки шагнул в непрерывно вращающиеся двери.
– Как ты это сделала? – спросил я, продолжая держать Алину за локоть.
– У меня свои фокусы. Но обошлось без маскарада.
Она глянула на мою футболку и улыбнулась.
– Думаешь, доступ к камерам они еще не получили?
– К счастью, в нашем городе слишком мало камер. В основном бутафория. Где-где, но в Яндаше точно никто не заинтересован в том, чтобы попасть в объектив. Даже городовые. Посмотри, – она ткнула пальцем в глазок в сером корпусе под низким потолком. – Они даже не подключены к питанию. Впрочем, нет, – Алина тронула свои очки, – эта подключена. Идем отсюда скорее!