– Нет! Как? – сказал Джо вслух, дочитав последнюю страницу. На этом письмо обрывалось. Но Мэделин не могла повеситься. Она должна была встретиться с остальными «имперцами».
– Это всего лишь кофе.
Джо подскочил.
– Господи!
Джо не видел, как подошел Кайт и поставил рядом с ним чашку кофе, но сейчас капитан сидел напротив с тарелкой тостов. Он все еще выглядел плохо. Любой на его месте оперся бы локтями на стол, но Кайт держал спину прямо. Джо хотел было сказать ему, чтобы он расслабился, но вовремя понял, что после того, как его избил Лоуренс, Кайт не сможет согнуться еще не одну неделю.
– Извини. Я читал. Что случилось с «имперцами», им удалось сбежать?
– Наверное, – сказал Кайт.
– А она?
– Я ее никогда не видел, – сказал Кайт, качая головой.
Джо поднял руки и снова их опустил.
– Ты дал мне это письмо, потому что прекрасно знал, что в нем ничего не говорится о том, кто я такой и что со мной произошло, да?
– Да, – сказал Кайт. Похоже, ему в самом деле было стыдно. – Извини.
Джо прижал тыльную сторону ладони ко лбу: от сосредоточенного чтения у него разболелась голова.
– Нет. Если бы я мог что-то вспомнить, я бы уже вспомнил. Но… все это ни о чем мне не говорит. Ни поместье, ни Эро – ничего. Я думаю, что уже ничего не вспомню. По крайней мере, ты можешь расслабиться.
– М-м, – сказал Кайт. Судя по его виду, расслабляться он в этой жизни больше не планировал.
Джо сделал глоток кофе.
– Как ты себя чувствуешь?
– Лучше. Спасибо тебе за… вчера.
– Не за что. Мне понравилось. Красивый вид, – Джо дал ему свой кофе и стал смотреть, как Кайт его пьет. Он не мог пошевелить раненой рукой. – Почему именно сигареты? – спросил Джо. – Все было хорошо, пока я не закурил.
– Джем курил.
– О, – Джо сидел напротив него в одежде Джема. Его вины здесь не было, но ему все равно было не по себе. – Извини, – он поколебался. – Наверное, Агата постоянно напоминала тебе о нем.
– Агате было бы стыдно за то, что я срываю злость на первом встречном механике. Извини, – некоторое время Кайт смотрел на доки, и Джо в десятый раз подумал, что он говорил об Агате так, как большинство людей говорят о королевских особах. С рабской преданностью и страхом.
– Я знаю, что ты опять назовешь меня французом, но тосковать – это нормально, – тихо сказал Джо. – Она была твоей сестрой.
Кайт сжал зубы, и Джо подумал, что тот промолчит или сорвется на него, но в нем словно что-то надломилось.
– Нет, это не нормально, – сказал он. – Она была не настолько
– Но ведь ты знал свою сестру.
– Я не вправе называть ее сестрой, – сказал Кайт, и по его тону стало ясно, что разговор окончен.
Джо решил, что стоит попытаться еще раз. С одной стороны, он был потрясен тем, что человека можно заставить испытывать такие чувства к собственной сестре, а с другой – холодный, равнодушный механический голос твердил, что чем сильнее Кайт расстроен, тем меньше он сегодня будет следить за Джо.
– Ну, может быть, люди так говорили, может быть, Лоуренс убедил тебя, что ты ничем не лучше ее лакея, но ведь это неправда?
Но Кайт не поддался на эту уловку. Он лишь изучающе смотрел на Джо.
– Ты выглядишь лучше.
– А ты выглядишь ужасно.
– При свечах я сразу хорошею, – сказал Кайт с едва заметной искоркой в глазах и улыбнулся, когда Джо пнул его ногой под столом. Улыбка быстро сбежала с его лица. Он сделал глубокий вдох, прежде чем заговорить: – Так вот. Мы найдем кузнеца. Начинай заказывать все, что тебе нужно.
Вся безмятежность этого утра тут же рассеялась.
– Я не могу этого сделать, – тихо сказал Джо. – Я знаю, что будет осада, знаю, что люди погибнут, но речь идет о моей дочери. Если ты заставишь меня это сделать, она может никогда не появиться на свет, – он коснулся сломанных пальцев Кайта, которыми тот держал чашку. – Я ведь могу просто сбежать. Никто не узнает, что ты меня отпустил, – Джо осторожно сжал его руку и провел кончиками пальцев по татуировке. – Пожалуйста.
Кайт долго смотрел на их руки. На какую-то секунду Джо подумал, что он согласится. Но потом что-то в выражении его глаз изменилось. Кайт вытащил пистолет – по-видимому, все это время у него был запасной – и приставил дуло к колену Джо.
Холод был зверским. Пока шли к городу, Джо замерз даже сильнее, чем на Эйлин-Мор. По пути они миновали мужчин в форме, которые касались своих шляп. Этих мужчин было слишком много – они должны были быть в море. Город наводнили красные и синие камзолы. Красные – на солдатах и морских пехотинцах, синие – на офицерах морского флота. По дороге то и дело встречались пансионы. Конечно, порт был заблокирован – никто не мог отсюда выбраться. За ними следовали двое матросов – не подходя слишком близко, но и не отставая.
