– Это перевод. Глупо пытаться поступить на офицерскую службу в Англии с такой фамилией, как Милано[9]. Да к тому же эта аллитерация.
– О, – Джо некоторое время обдумывал эту мысль. – Куда мы идем? Только не на корабль.
– Да, на корабль. Я не могу оставить их…
– Кайт! Там живого места не осталось, я не поведу тебя туда, – Джо бросил взгляд на матросов в поисках поддержки. Те неловко замялись, но он видел, что они тоже считают возвращение сомнительной затеей.
– Все остальные пострадали не меньше нас, Турнье…
– Всем остальным тоже не обязательно постоянно брать на себя ответственность, – огрызнулся Джо. Струны у него в сердце снова туго натянулись. – Ты ведь даже не присядешь, а будешь ходить туда-сюда, утешая людей, а потом просто свалишься замертво. Посмотри на себя.
– Это нормально…
– Ты считаешь нормальным быть на грани смерти, – Джо сел на краешек стены. – Я не собираюсь возвращаться на корабль. Попробуй меня заставить.
– У меня есть пистолет и два матроса, – нахмурившись, сказал Кайт. Однако матросы держались в стороне, весьма успешно изображая случайных прохожих, не имеющих к спору никакого отношения. На этот раз даже Дрейк, казалось, не хотел никуда тащить Джо.
– Нет, твой пистолет у меня, я забрал его у тебя возле часовни, – Джо показал ему пистолет, а затем выбросил его себе за спину, и он с грохотом покатился по ступенькам и булыжникам вниз по склону. – Следующий?
На лице Кайта появилось искреннее замешательство.
– Он был заряжен. Почему ты не застрелил меня?
– Я пытался! – закричал Джо. – Но не смог. Чуть не получил сердечный приступ. Как выяснилось, я хороший человек.
– О, – сказал Кайт. Капитан оглянулся на матросов, которые, казалось, были растеряны не меньше его самого. Все снова повернулись к Джо.
– Ну что? Куда пойдем? – сказал Джо. – Наличие огня и горячей воды обязательно.
Кайт колебался.
– У моей сестры есть квартира недалеко от доков, в Лите, – он снова посмотрел на матросов. – Там хватит места для четверых.
– Хорошо, – сказал Джо. – Нам нужен кэб.
– У меня нет денег.
– Тогда я кого-нибудь остановлю.
– Джо, никто не…
– Заткнись, – сказал Джо, начиная злиться. Он и сам точно не знал, на кого и почему. В нем кипело все сразу: хаос в доках, Лоуренс, невозможность ненавидеть Кайта. Джо злила даже ситуация с заработной платой женщин. Он хотел встряхнуть Кайта и потребовать, чтобы тот был только хорошим или только плохим, но не этой невыносимой смесью.
Джо остановил первый же проезжавший мимо экипаж. Он был черным и блестел от свежего лака. Снежинки, оседавшие на его боках, стекали вниз, образуя бриллиантовые капли. Лошади фырчали от холода.
– Что за черт? – довольно мягко сказал сидевший внутри джентльмен.
На нем был идиотский парик, точь-в-точь как у Лоуренса.
– Мне очень жаль, – сказал Джо, – но дело касается военно-морского флота, и мне совершенно необходимо как можно скорее доставить этих людей в Лит. Мне страшно неловко, но не могли бы вы нам помочь?
Мужчина рассмеялся.
– Разве можно отказать такому, как вы.
Джо улыбнулся своей очаровательной улыбкой, не такой широкой, как обычно. Кайт был настолько невосприимчив к его обаянию, что Джо забыл, как хорошо оно действовало на всех остальных. Он подумал: интересно, осмеливался ли кто-нибудь когда-нибудь флиртовать с Кайтом и в какой канаве его потом нашли.
– Ну что ж, – сказал джентльмен. – Добро пожаловать на борт.
Даже в экипаже путь оказался долгим. Кайт сидел тихо и неподвижно. Джентльмен изучал их с нескрываемым любопытством и задавал глупые вопросы о мореходстве. Джо смотрел, как мимо проплывают дома. Здание, которое джентльмен назвал Холирудским дворцом, резиденцией королевы, было освещено факелами, а за ним следовала длинная полоса тьмы, которая оказалась просторным парком. Потом Джо увидел странный крутой холм, напоминающий гору, на вершине которого горел единственный огонек. Через некоторое время он закрыл глаза. Поскольку экипаж был маленьким, они сидели близко друг к другу, соприкасаясь коленями. Кайт, прижатый к левому боку Джо, сидел ровно, и ему удавалось избежать неловких прикосновений.
Теперь, когда они были в безопасности, что-то в голове Джо начало раскручиваться, и его затрясло. Ему пришлось стиснуть зубы, чтобы те не стучали. Все его мышцы ослабли. Он хотел опустить голову и упереться локтями в колени, но в экипаже было слишком тесно: он прислонился бы к коленям джентльмена. Джо думал о том, насколько близок был к тому, чтобы остаться в тюрьме. В его голове до сих пор слышался звук, с которым мужчины подбирали с пола солому. И – боже – он до сих пор чувствовал на своей коже засохшую кровь других людей.
И в довершение всего оказалось, что он не способен сбежать.
Восхитительный день.
– Приехали, – сказал джентльмен. Его голос прозвучал нарочито громко, и Джо подпрыгнул от неожиданности.
Кайт перегнулся через него, чтобы открыть дверь. Последовал очередной обмен любезностями, а затем экипаж с белеющими в полумраке лошадьми снова тронулся. Фонарей здесь не было, и улицу освещал только свет из окон.
– Спасибо, – сказал Кайт, когда экипаж отъехал.
