Мари кивнула, прилаживая кислородный баллон. Прошлым вечером они уже всё обсудили. Сначала она должна была совершить разведывательное погружение – проверить дно мелководья и удостовериться, что там нет ничего, что могло бы повредить их аппаратуру. Затем настанет черед гидролокатора выявить полную картину дна, а после этого магнитометр определит, есть ли под донным песком металлические предметы. Лаборатория на борту «Матросской песни» была оборудована всем необходимым для исследования того, что они найдут. Мари уже чувствовала радостное нетерпение – этот этап проектов всегда был ее самым любимым, независимо от предмета исследования. Этап, на котором есть только вопросительные знаки, грань, за которой открывается научное знание, обломки Шрёдингера[17], которые сложатся в единое целое и примут очертания искомого судна, только если тебе удастся доказать его реальность. Очертания судна или маяка.
Мари медленно поплыла к скалам, водя фонарем для дайвинга из стороны в сторону. Дно здесь было темным и на удивление ровным, лишь рядом со входом в маленькую скальную бухту торчал подводный камень, достаточно большой, чтобы представлять потенциальную угрозу. Она прикрепила к камню трос маркерного буйка – желтый шарик бодро устремился к поверхности. «Все чисто», – сигнализировала Мари, возвращаясь на корабль, и Джулиан в ответ спустил четырехфутовый гидролокатор в форме торпеды – буксируемый эхотрал, а попросту «рыбу».
Вести гидролокатор на кабель-тросе с кормы корабля, как обычно делала Мари, здесь было невозможно – слишком мелко; из-за малой глубины стоячей воды прибор мог оказаться в опасной близости к гребному винту. Поэтому Джулиан привязал «рыбу» к одному концу толстого пластикового удилища, а другой закрепил на борту. Они начали курсировать вдоль скалы по заданным Мари ориентирам на сто футов вперед и обратно.
После четырех разворотов не обнаружилось ничего необычного – единственными аномалиями на экране прибора были обломки рыболовных снастей и мусор. Когда они развернулись в пятый раз, Мари заметила, что корабль с красным корпусом сменил курс и теперь медленно направляется к ним. Она разглядела флаг на его мачте – полотнище с тремя кружками – белый в середине, красные по бокам. Обычно этот сигнал подается топовыми огнями[18] и означает, что у судна спущено в воду оборудование. Мари толкнула локтем Джулиана и указала ему на незнакомый корабль:
– У них тоже что-то на буксире.
– Однако интрига, – протянул он, прищурившись на флаг. – Пока они держатся вдали от нас, пусть таскают на буксире что угодно.
Мари и Джулиан потратили еще целый час на сканирование дна. Большинство выявленных объектов легко было идентифицировать: остов велосипеда, сломанная клетка-ловушка для омаров и остатки гребной лодки. Участок вокруг скальной бухты оказался поинтереснее – он был завален разными предметами и отображался на радаре как место кораблекрушения с разбросанными вокруг обломками; возможно, это были камни, обвалившиеся со скалы за многие годы. Но два объекта, едва появившись на экране, заставили Мари и Джулиана выпрямиться в креслах и наклониться поближе. В двадцати футах от основания скалы, точно напротив зеленого флажка, который Мари укрепила над обрывом, выделялись две отчетливые линии – длинные, идеально параллельные друг другу, они были чуть темнее в центре, чем на концах. А в нескольких футах дальше от берега обозначился полукруг примерно семи футов в диаметре.
– Остальное, наверное, ушло в песок, – предположил Джулиан, указав пальцем на то место, где параллельные прямые исчезали, и Мари кивнула.
Если так, им очень повезло, что гидролокатор выявил часть этого объекта. Постоянные шторма у побережья, вероятно, обнажали на дне и снова хоронили в песке предметы так быстро, что результаты сканирований, проведенных с разницей в несколько часов, могли кардинально отличаться. Она задумчиво смотрела на ярко-желтые пятна на экране. Две параллельные линии могли означать, что на дне лежит каменная башня. А полукруг мог быть частью галереи с перилами на фонарном отсеке маяка. Магнитометр не выявит камень, зато железо они легко увидят. У Мари зачесались руки поскорее приступить к делу.
Но к тому времени, как они закончили с гидролокацией, небо потемнело и над вершинами деревьев на скалах зарокотал гром. Джулиан поцокал языком.
– Шторма здесь налетают быстро, – сказал он. – Скорость ветра уже почти двадцать узлов[19]. Не стоит рисковать.
Забрасывать магнитометр с борта «Матросской песни» на мелководье было нельзя – металл судового корпуса будет создавать помехи, а если вернуться сюда на маленьком надувном «Зодиаке», волны к тому времени начнут представлять опасность.
– Ладно, – вздохнула Мари.
