Лампедуза
Лампустри
– Де Губернатис, – продолжал Бельбо, – возжаждет оказаться в энциклопедии. Он мгновенно забудет, что всю жизнь говорил, что-де «Энциклопедия Знаменитых Итальянцев» – суета сует и ею заправляет мафия критиков. Но всего важнее, что в этот вечер перед ним открывается перспектива войти в общество писателей, которые являются в то же время директорами государственных предприятий, банкирами, аристократами, юристами. Внезапно оказывается, что он может резко расширить и обогатить круг своих знакомств. Если ему понадобится обратиться по делу, теперь он будет знать, к кому. Господин Гарамон своей властью способен вытащить Де Губернатиса из провинциального болота, возвысить его до неслыханных высот. Приблизительно к концу вечера Гарамон шепнет ему, чтобы тот зашел наутро к нему в издательство.
– И на следующий день он побежит.
– Можете не сомневаться. После бессонной ночи, исполненный мечты о славе Адеодато Лампустри.
– А потом?
– Потом, то есть на следующее утро, Гарамон начнет так: я не упоминал об этом вчера за ужином, чтобы не смущать остальных, но что за чудо вы написали! Не говорю уж о том, что внутренние рецензии полны восторгов, скажу даже, положительны, но я и сам лично уделил всю ночь не отрываясь чтению этих страниц. Книга уверенно тянет на литературную премию. Великая, великая вещь.
Потом Гарамон вернется к своему столу и хлопнет ладонью по рукописи, затрепанной, зачитанной до дыр по меньшей мере четырьмя энтузиастами-рецензентами. Затрепывать рукописи входит в служебные обязанности госпожи Грации. И возведет на ПИССа растерянный взор: – Что будем делать?
