Если можно вообразить самый растамплиерский из замков – таков Томар. Поднимаешься туда по военной дороге с укреплениями, огибающей наружные бастионы. Все бойницы там в форме креста, с первой минуты вы в атмосфере крестового похода. Рыцари Креста множество столетий жили там припеваючи. Предание рассказывает, что Генрих Мореплаватель и Христофор Колумб происходили из их среды. И действительно они посвятили жизнь завоеванию морей и тем возвысили Португалию. Долгое и счастливое пребывание, выпавшее на их долю, позволило им перестраивать и расширять замок, благодаря чему к средневековому корпусу добавились пристройка времен Возрождения и барочное крыло. Я растрогался, увидев замковую церковь с ее восьмиугольною ротондой, повторяющей архитектуру Гроба Господня. Меня также заинтересовало разнообразие форм тамплиерского креста в различных регионах. Я уже заметил эту вариативность, изучая разношерстную иконографию по теме. В то время как кресты мальтийских рыцарей оставались практически неизменными во времени и пространстве, тамплиерские, судя по всему, модифицировались под воздействием моды эпохи или традиции места обитания. Вот почему охотники за тамплиерами кидаются на кресты любой формы и всегда обнаруживают за ними засекреченных Рыцарей Храма.
Потом гид повел нас смотреть окошечко в стиле мануэлино, самую характерную «жанелу» из всех возможных. Ненамного больше простой отдушины, его проем был облеплен со всех сторон морскими и подводными сувенирами, водорослями, ракушками, якорями, брамселями и швартовами. В прославление достижений здешних рыцарей на поприще океаноплавания. По сторонам окна, на чем-то вроде декоративной ленты, опоясывающей приоконные пилоны, я увидел высеченные знаки Подвязки. Как может быть символ английского ордена в португальской военной крепости? Гид не знал, что отвечать, но через некоторое время, проводя нас по противоположному крылу, кажется, северо-восточному, показал нам знаки Золотого Руна. Я не мог не подумать о тончайшей игре соответствий, объединяющих Подвязку с руном, руно с аргонавтами, аргонавтов с Граалем, Грааль с тамплиерами. Я вспоминал и бредни полковника Арденти, и какие-то страницы из сочинений одержимцев… И прямо подскочил, когда гид-португалец ввел нас в залу со сводчатым потолком, усеянным розетками. Из доброй половины розеток глядела бородатая, козлоподобная физиономия. Бафомет…
Мы спустились в крипту. Сойдя семь отлогих ступеней, пол необработанного камня подкатывается к абсиде, в которой так и видится алтарь или трон Великого Магистра. Но чтоб приблизиться к нему, надо пройти под семью сводами, в середине каждого из коих – роза, каждая крупнее предыдущей, а последняя, совершенно распустившаяся, нависает над колодцем. Крест и роза в тамплиерском монастыре, в зале, которая, несомненно, создавалась до розенкрейцерских манифестов! Я задал гиду несколько вопросов в этом духе, он улыбнулся: – Знали бы вы, сколько оккультистов паломничает сюда к нам… Говорят, это был зал инициации…
Случайно попав в еще не отреставрированное помещение, я наткнулся на пыльную мебель и картонные короба. Рассеянно запустил руку в короб – вынулся растерзанный том на еврейском языке, приблизительно семнадцатого века. Что делает еврейская книга в Томаре? Гид ответил, что тамплиеры поддерживали отношения с местной еврейской общиной. И, подведя меня к окну, показал кусок французского сада с маленьким изящным лабиринтом. Творение, сказал он, еврейского архитектора восемнадцатого столетия, Самуила Шварца.
Второе свидание в Иерусалиме… А первое назначалось в замке. Не так ли говорится в провэнском завещании? О господи, вот он, заветный замок, замок первого съезда. Это не Монсальват рыцарских романов, не Авалон в Гиперборее. Они искали место для срочной ретирады. Что первым делом приходило им в голову, храмовникам из Провэна, привыкшим командовать гарнизонами, а не читать романы Круглого стола? Отступаем на укрепленные позиции, окапываемся в Томаре. И там под именем Рыцарей Христа уцелевшие храмовники пользовались всеми благами свободы, неограниченными гарантиями! И там-то у них была условленная сходка со связными второго отряда!
Я ехал из Томара, и воображение мое полыхало. Наконец-то я прочувствовал серьезные аспекты Послания, переданного нам полковником. Храмовники, перейдя на нелегальное положение, выработали план, предназначенный продлиться шестьсот лет и завершиться в нынешнем столетии. Тамплиеры были серьезные люди. Если они писали «замок», они действительно имели в виду серьезный замок. Действие Плана начинается в Томаре. В этом случае какой идеальный маршрут мог быть намечен на будущее? Какая последовательность для пяти предполагающихся слетов? Места, в которых тамплиеры могли рассчитывать на радушный прием, на покровительство, единомыслие. Полковник называл нам Стонхедж, Авалон, Агарту… Все это глупости. Текст Завещания следовало проанализировать по-новому.
Разумеется, повторял я сам себе, возвращаясь домой, речь не идет о том, чтоб открыть секрет тамплиеров, а о том, чтобы изобрести его.
