– Не знаю, – ответил маршал. – Сам я этого не видел. Так вот, она оказывает на Сенчо очень большое влияние. Тонильданская невольница несколько раз встречалась с Байуб-Оталем. Похоже, она ему нравится. Я велел ей войти к нему в доверие. Если он с ней разоткровенничается, мы узнаем о планах уртайцев и о том, что происходит в Субе. От Сенчо пока вестей ждать бесполезно. Тонильданская девчонка сейчас меня дожидается. Верховный советник не знает, что мы с ней видимся, – и то хорошо.
– Что ж, пусть ее приведут, – поморщившись, сказал Дераккон.
– Нет, не стоит, – возразил Кембри. – Если моя сайет узнает, что мы с девчонкой беседовали, то пойдут ненужные слухи. Нет, ее ко мне в опочивальню отвели. Там есть потайная каморка, за ширмой, откуда все видно и слышно.
Чуть погодя Дераккон сидел за ширмой в темном углу и глядел в освещенную опочивальню, куда вошла золотоволосая красавица – та самая, которую он видел на празднестве дождей. Она почтительно поднесла ладонь ко лбу и замерла перед маршалом.
– Сегодня я тебя не задержу, – сказал ей Кембри. – И на повторение прошлого раза не надейся, не то я разгневаюсь, понятно?
– Да, мой повелитель.
– Ты встречалась с Байуб-Оталем?
– Да, мой повелитель.
– И оставалась с ним наедине?
– Да, мой повелитель.
– Он что-то говорил о Субе?
– Он сказал, что его священный долг – добиться освобождения родины.
– И больше ничего?
– Нет, мой повелитель.
– А ты его не спрашивала, что он имеет в виду? И что он собирается для этого сделать?
– Я не успела, мой повелитель. Он велел мне станцевать для него, а потом отправил меня домой, так что расспросить его случая не представилось.
– Что ж, спасибо и на этом, – вздохнул Кембри. – А как себя чувствует верховный советник?
– Все так же, мой повелитель, – сонный и вялый, на себя не похож. Как будто его околдовали.
– О чем еще вы с Байуб-Оталем говорили?
– Он мне о своих родителях рассказывал.
– А, ну это известная история.
– Очень печальная, мой повелитель. Мне его даже жалко стало.
– Еще бы, – сухо заметил маршал. – Тебе понравилось?
– Да, мой повелитель. Он рассказал мне про свое детство в Субе и про то, что отец ему провинцию обещал в наследство, только ее королю Карнату отдали.
– Послушай, я тебе кое-что объясню, – сказал Кембри. – Если бы Байуб-Оталь действительно хотел вернуть себе Субу, то наверняка бы согласился стать вассалом короля Карната, так ведь? Предложил бы ему дань платить, лишь бы ему позволили править краем, который отец ему в наследство обещал.
– Ну, наверное… – нерешительно протянула Майя, недоуменно наморщив лоб, а потом рассмеялась, сверкнув ровными белыми зубами. – Только не пойму я, зачем ему это? Там же одни болота…
– Не важно, – оборвал ее маршал. – Так вот, если бы король Карнат согласился отдать Байуб-Оталю Субу, то взамен потребовал бы кое-что от своего нового вассала. Только нам это совсем не выгодно, понимаешь?
– Так у него же нет ничего, мой повелитель, – изумилась Майя.
– Видишь ли, он может приказать субанцам пойти войной на Палтеш или на Беклу вместе с войсками короля Карната. Скажи, Байуб-Оталь не говорил, где побывал, после того как из Беклы уехал?
– Нет, мой повелитель. А спросить я у него не могла, он бы сразу неладное заподозрил.
– Значит, ни слова не сказал про то, что через Вальдерру переправлялся или в Субу ездил?
– Нет, мой повелитель.
– Подумай хорошенько. Не припомнишь ли чего теперь, после моего объяснения? Может, он как-то намекнул, что связывался с королем Карнатом?
– Нет, мой повелитель. Он только повторял, мол, скажет только то, что всем известно, раз уж я все его слова верховному советнику донесу. Опасливо со мной держался, вроде как настороже.
– Ладно, хватит об этом, – раздраженно отмахнулся Кембри. – Майя, я хочу, чтобы ты еще крепче с ним сдружилась. Скажи, что ты ему сочувствуешь, что считаешь, будто с ним несправедливо обошлись. Войди к нему в доверие: мол, ты Леопардов ненавидишь, из-за них в неволю попала и все такое… Только осторожно, не давай ему повода для подозрений. Не забудь, ты простая деревенская девчонка. Разговори его, попроси о Субе рассказать побольше, притворись, что тебе интересно. Он явно что-то замышляет, и тебе надо выяснить, что именно. Если разузнаешь все, что нам нужно, тебя на волю отпустят. Ясно тебе?
– Правда, мой повелитель? – обрадованно спросила Майя.
– Правда, правда. Только не вздумай мне лгать – я обман сразу распознаю, тогда тебе худо придется. Вот, держи свой лиголь. Сайет что скажешь?
– А то и скажу, что лапанский владыка меня отбастал, мой повелитель, – лукаво улыбнулась она.
Кембри кивнул и отвернулся. Девушка почтительно приложила ладонь ко лбу и покинула опочивальню.
Дераккон дождался, пока дверь не закроется, и вышел из-за ширмы.
– Похоже, ничего интересного от Байуб-Оталя девчонка не узнала, – сказал он.
