– В таком случае, мой повелитель, ей есть чем гордиться, – сказала Неннонира, не желая перечить уртайцу. – Ваша похвала дорогого стоит. Среди моих знакомых нет таких, чье мастерство сравнилось бы с Майиным выступлением.
Байуб-Оталь не ответил. Неннонира поспешно пробормотала какие-то извинения и удалилась.
Майя продолжала расчесывать золотистые кудри, облаком окутавшие ее обнаженные плечи, и пыталась представить, как именно странный уртаец выразит ей свою страсть, ведь он наверняка пришел именно ради этого. Иначе зачем ему было просить ее танцевать сенгуэлу? Очевидно, он хотел убедиться в правоте своих впечатлений после первого танца Майи в «Зеленой роще». Майя хотя и не считала его особо привлекательным, но все же преисполнилась благодарности: ведь именно Байуб-Оталю она обязана своим невероятным успехом, а дальше – кто знает? Что ж, даром что он весьма далек от земного воплощения Шаккарна, она расплатится с ним сполна, искренне отдаст ему свою красоту и свое тело. Майя так упивалась торжеством, что совсем забыла о тайном поручении Кембри, и с радостью ожидала возможности разделить ложе с уртайцем. Ах, у нее было чему научить бедолагу! Его постигли такие страшные несчастья, да еще и эта рука изувеченная… Нет, Майя ему ни за что не откажет! Свои утехи он заслужил.
Байуб-Оталь молча смотрел на нее – не прикоснулся к плечу, не попытался поцеловать. Вот если бы он склонился к ней, тогда Майя коснулась бы его щекой и… Глупенький, ничего-то он не умеет. Он что, язык проглотил? Мог бы уже и придумать что-нибудь.
Майя обернулась. Байуб-Оталь сидел на скамье, опершись спиной о край стола, и задумчиво смотрел на кубок с вином. Непохоже, чтобы он волновался или не знал, что сказать. Встретившись взглядом с Майей, уртаец улыбнулся, кивнул и пригубил вина.
– Готова?
– Да, мой повелитель, – недоуменно ответила Майя, встала и крутанулась на месте, колыхнув складками юбки. – Вы меня дожидаетесь? Так я уже давно готова! – Она поспешно села рядом с ним на скамью. – Мой повелитель, я не знаю, как вас благодарить! Когда вы велели мне танцевать, я очень испугалась, но вы… Вы ведь знали, да?
– Видишь ли, мне не хотелось упускать такую редкую возможность… Фордиля трудно заполучить…
– Ах, музыканты великолепно играли! Я даже не представляла, что… а барабанщики!
– Кстати, я заплатил его обычную ставку – столько он от шерны получает.
Майя, решив, что лучшего случая ей не представится, бросилась Байуб-Оталю на шею и попыталась его поцеловать, но он отвернулся.
– Благодарю вас, мой повелитель! Вам понравилось? Правда? Я очень старалась!
– Да, Шаккарна ты неплохо станцевала… – Он помолчал и добавил: – Признаюсь, я не учел, что для роли старухи тебе наряд понадобится, но ты очень ловко с этим справилась.
– Вы так добры ко мне, мой повелитель! Я вам так благодарна! Чем мне отплатить за вашу доброту?
– Учением… – Он пожал плечами и умолк.
Майя изнывала от неутоленного желания. Неужели она воспылала страстью к загадочному уртайцу? Да какая разница! Ей нужен был мужчина – любой. Нет, он! Да, он, только он. Ну же!
Она опустила кубок на стол и уселась Байуб-Оталю на колени. Он не шевельнулся, тогда Майя одной рукой обвила его шею, а свободной рукой нащупала его ладонь и притянула к груди.
– Ах, мой повелитель, добрее вас на свете никого нет! Честное слово! Ах, давайте куда-нибудь уйдем…
Он рассеянно отвел руку:
– Вообще-то, я хотел отвезти тебя… нет, не домой, домом это назвать нельзя. Ну, туда, где ты живешь.
– Домой, мой повелитель?
– Видишь ли, в пиршественной зале тебя ждет целая толпа, все наперебой предлагают тебе деньги… Кстати, вот лиголь Саргета – я специально у него попросил, чтобы тебе возвращаться не пришлось. Надеюсь, твоя сайет будет довольна. А о твоей подруге Эльвер-ка-Виррион позаботится.
Майя вскочила. Байуб-Оталь тоже поднялся со скамьи.
– Не пришлось возвращаться? – переспросила Майя. – Что вы такое говорите, мой повелитель?
– Во дворе тебя екжа дожидается.
Майя раздраженно схватила бронзовый кубок и швырнула его к дальней стене. Кубок со звоном откатился в угол.
– А если я захочу остаться?
Байуб-Оталь поднял кубок с пола и поставил на стол.
– Ты хочешь сидеть одна, в этих покоях?
– Нет, я хочу вернуться к гостям, в пиршественную залу! – капризно воскликнула Майя.
– А я этого не желаю.
– Ну и что? Зато я желаю!
– Я тебе сегодня уже объяснял, что Эльвер-ка-Виррион пригласил тебя на пиршество по моей просьбе. Не давай маршальскому сыну повода жаловаться твоей сайет на строптивую рабыню.
Майя подошла к окну и, чуть не плача от обиды, всмотрелась в ночь, залитую лунным сиянием. Ясно было, что Байуб-Оталь останется глух к просьбам невольницы. Что же ему от нее нужно? Ради чего он ее так оскорбил? Чего он добивается?
– Как вам будет угодно, мой повелитель, – наконец произнесла Майя. – С вашего позволения, я поеду к верховному советнику одна – здесь недалеко, всего четверть лиги, а в верхнем городе вполне безопасно.
– Я принесу твою накидку, – ответил Байуб-Оталь и вышел.
