– Она этого хотела! И получала то, чего хотела! Вы же почему-то уклонялись от исполнения своих обязанностей – симулировали, притворялись, лишь бы не исполнять свои обязанности! А это неправильно. Каждый человек должен исполнять свои обязанности – гражданские, супружеские, отцовские… Вы же злостно от этого уклонялись… Это отвратительно! Это просто уму непостижимо! И что самое удивительное, таких, как вы, среди русских много… Лишь бы уклониться от исполнения своих обязанностей! Лишь бы спрятаться, лишь бы сбежать от судьбы, от жены, от работы, от реальной жизни – в запой, в сочинительство, в бродяжничество… Так вы и сгубили свою замечательную нацию!
– Я сгубил, что ли?
– Да вы все! Не прикидывайтесь дурачком! В том-то вся и беда России, что вы слишком умны! Горе от ума! Правильно писал ваш Грибоедов… Лучше б вы были поглупее, но поаккуратнее, больше бы ценили порядок, правила жизни… Почитайте Конфуция!
– Я читал Конфуция, и он мне не понравился… Ха-ха. Это почти цитата, извините, Цзянь…
– Я знаю, я тоже читал того, кого вы цитируете. Я слишком много прочитал русских книг. Я слишком уважаю и люблю русских…
– …особенно русских женщин. Особенно чужих русских жен… ага?
– А что ж вы терпели тогда, не встали, не возмутились? Что же вы не набросились на меня с кулаками, когда я, извините, трахал вашу многострадальную жену прямо здесь, вот на этом не очень чистом полу?
– Шикарно звучит: «…трахал вашу многострадальную жену…»
– Вы над кем смеетесь? Над собой смеетесь!
– Ой, ну хватит уже… без цитат никак не можете? Русская литература лезет у вас из ушей, из ваших пор, из ваших китайских ноздрей… черт бы вас всех побрал вместе с вашим сраным Конфуцием!
– Вам не удастся меня оскорбить. Я не бью лежачего. И я слишком вас уважаю.
– Меня?! За что же?
– Я читал ваши рассказы… Они очень… очень… Да что с вами говорить! Вы же сами не достойны своего таланта! Вы зарыли его глубоко, глубоко… так глубоко, что…
– Перестаньте меня смущать, премудрый Цзянь. Забудем про мой талант. Пусть он там и гниет, в этой глубокой глубине… Лучше скажите – чего вы хотите от меня?
– Я хочу помочь вам. Ведь вы остались совсем один…
– Да вам-то что?
– Сколько можно повторять – я вас уважаю, ценю… я хочу, чтобы вы не пропали в этой мерзости запустения…
– О-о, опять цитата!
– Я хочу вас увести отсюда… ведь здесь вы пропадете! Вы могли бы пойти со мной, я нашел бы для вас работу в нашем госпитале… Для начала вы могли бы описать свой собственный феномен – свое многолетнее пребывание в коме… это очень важно для науки!
– Для китайской науки?
– А разве есть другая наука?
– Вы это серьезно?
– Абсолютно. Вы, с вашим потенциалом, смогли бы много пользы принести своему народу…
– Китайскому народу?
– А разве есть другой народ?
– Ах, вы так вопрос ставите… Нет, дружище, не хочется мне приносить пользу – ни вашим, ни нашим… Я привык лежать, и мне нравится эта дурная привычка!
– И не стыдно вам?
– Ничуть. Оставьте меня в покое.
– Я предлагаю вам новую, интересную, увлекательную жизнь! Не хотите заниматься наукой – пишите свои рассказы, мемуары, опишите свои переживания и впечатления…
– Да кому это на хер нужно?
– Ну, не знаю… как еще вас убеждать? Послушайте! Если вы откажетесь идти со мной, мне придется поместить вас в дом-интернат для психохроников…
– Там мне и место! Это будет настоящий Русский Ковчег, о котором я так мечтал! Ах, если бы вы поместили нас всех, русских психов, на пароход «Святитель Николай» – и отправили бы по Енисею вниз по течению…
– Не надо так шутить, прошу вас… Вы испытываете мое терпение. Что мне с вами делать, не знаю… И что вы за люди, русские? Но что самое удивительное – когда вы оказываетесь в других странах, то легко адаптируетесь к чужой жизни и даже добиваетесь там больших успехов… Но почему же вы не можете жить нормально на своей родине?
– Да потому, что земля наша – прокаженная и проклятая Богом… Разве вы, Цзянь, не чувствуете сами, что воздух России отравлен, пропитан ядом? Здесь нельзя жить! Нельзя! Бегите отсюда, Цзянь, пока не поздно!
– О чем вы?!
– Да нет, это я шучу… не обращайте внимания… я шучу…
– Разве можно шутить такими вещами?!
– А что, у вас есть список вещей, над которыми нельзя смеяться? Ознакомьте меня, пожалуйста, с этим списком!
– Нет, с вами невозможно разговаривать. Лучше бы вы молчали. Вот молчали же столько лет – и молчали бы дальше…
– Золотые слова. И я с вами совершенно согласен. У меня к вам огромная просьба, дружище. Теперь – без шуток.
– Да, я слушаю.
– С вами я никуда не пойду. И в дом-интернат, если честно, мне тоже не хочется. Свою вонь еще нюхать можно, чужую – нет. Остается один вариант – вы меня оставляете тут одного. Запираете двери, занавесите окна, чтоб никто не совался.
– А если меня вдруг спросят про вас…
– Да кому я на хер нужен? Столько лет никто про меня не спрашивал, а тут вдруг спросят… Великий многомиллиардный Китай обойдется без одного креативного русского придурка… Нет, правда, Цзянь, сделайте так, как я прошу. Оставьте меня одного. Забудьте про меня. Оставьте меня в покое!
