Он знает о чужаках… Плохо. Знает ли он, что Гюрза тоже в храме? Знает ли вообще про Гюрзу? Как бы то ни было, чужак оставался последней надеждой Каллисто на спасение, но он вряд ли ей поможет, если она не убережет его друга.
Поэтому гетера сменила тактику. Мягкая улыбка исчезла, Каллисто презрительно поджала губы, из ее взгляда, из голоса теперь сочилось презрение к ничтожеству, которое и человеком-то не могло называться. Гетеры всегда умели внушать то, что нужно…
– Конечно, я спелась с ними. После того, как столько лет была вынуждена смотреть на тебя! Ты ведь ничто, Скайлар. Ты пустое место, которое обрело хоть какую-то значимость под покровительством отца. Но если бы не он, ты был бы насекомым под ногами настоящих людей. Посмотри на себя, в твою сторону даже плюнуть – это большое одолжение!
Он мог убить ее, Каллисто знала об этом. Чуть сильнее надавить на спусковой крючок – и заряд разнесет ей грудь на кровавые ошметки. Но гетера знала и то, что шансы на такой исход невелики. Скайлар давно уже ее ненавидел, получить ее он хотел из ненависти, не из любви. А теперь Каллисто лишь плеснула топлива в пожар этой ненависти – и ничто не мешало Ллойду ее забрать.
Он закинул винтовку на спину и рванулся к гетере. Каллисто надеялась, что распознает этот миг, успеет защититься, но нет – даже в гневе Скайлар догадывался, чего от нее ожидать. Он подхватил одну из медицинских эластичных лент и перемотал гетере обе руки так, что она и пальцем шевельнуть не могла. После этого он потащил Каллисто за собой – к запасному выходу, который он использовал, чтобы попасть сюда.
И никто ее не спас… Гюрза так и не пришел, а наверху все еще громыхали выстрелы и слышались крики. Кочевник тоже не проснулся, да и не факт, что он проснется… она ведь не успела довести процедуру до конца. Но она хотя бы дала ему шанс, этим Каллисто могла гордиться.
Впрочем… толку-то? Она знала, что умрет, теперь уж наверняка. Похоже, дела у Скайлара плохи, а значит, он не будет сдерживаться. И никто за ней не придет – никто ведь не знает, куда ее увели, зачем… К тому же Гюрза обещал ей билет на другую станцию, а не защиту и спасение.
Пожалуй, она имела полное право на злость, только злости почему-то не чувствовала. Одну лишь горечь… и почти веселящую ее иронию.
Каллисто, всегда жившая только ради себя, в итоге умерла, спасая других.
Чарльз Ллойд понимал, что ситуация стала предельно серьезной. Но не критической. Критическим он считал положение, на которое не мог даже повлиять, не то что изменить его. Ну а сейчас адмирал не потерял контроль.
Запасной план был готов у него уже давно. Теперь, когда Чарльз смотрел на экран, занимавший всю стену бункера, и видел, как открываются ворота между вторым и третьим уровнями, он признавал, что придется действовать не так, как он надеялся. Но хороший правитель готов ко всему, а он был очень хорошим правителем.
Его основным планом было разделение высших и низших уровней. Когда нелепая запись, созданная Романом Милютиным, спровоцировала восстание в Лабиринте, Чарльз просто приказал заблокировать ворота. Он не сомневался: люди немного пошумят и успокоятся, потом страх перед криптидами и потребность в еде и медикаментах заставят их угомониться. Но вышло иначе… Обстоятельства будто сами собой начали складываться против адмирала.
Сначала неожиданно активно проявил себя Виктор Милютин. О нем Чарльз вообще не думал, потому что с ним обещал разобраться Скайлар. Но вот Милютин на свободе, а сын не выходит на связь… Досадно. Виктор умудрился поладить с чужаками и этим переманил на свою сторону часть военных.
Его одного, может, и было бы недостаточно, чтобы подавить всю армию, но случился пожар. Когда стало ясно, что Лабиринт горит и сам уже не справится, военные устремились туда, чтобы помочь. Добросердечные идиоты… Пожар тоже мог решить проблему! Но нет, кому-то захотелось сыграть в героев – и контроль был потерян окончательно.
По крайней мере, в пограничной зоне. Отдавать контроль над станцией Чарльз даже не собирался. Там уже кто-то в толпе вякал про то, что его ждет суд… Они вконец обнаглели. Они не понимали, что он жалел их до последнего! По первому плану многие могли бы выжить, по запасному – как раз наоборот.
Чарльз не сожалел о том, что ему придется сделать, он просто признавал, какие неудобства это доставит. Население станции уменьшится по меньшей мере на треть – и это при лучшем раскладе! Ну да и ладно. Хорошо все-таки, что не получилось избавиться от четвертого уровня, тамошняя чернь тоже пригодится. Да и плодятся они, как кролики, лет десять-пятнадцать – и популяция будет восстановлена.
Он медлил не потому, что сомневался. Он просто хотел убедиться, что нужные ему люди перенесут чистку. Чарльз планировал выпустить в пограничной зоне ядовитый газ, специально изготовленный по его приказу. Баллоны установили примерно год назад, схему размещения разработал лично Максвелл Фрай, никто, кроме него, не знал о назначении этого устройства. Да Чарльз и сам не подозревал, что оно пригодится так скоро!
