Впрочем, зачисление в школу вовсе не означало, что девочка станет гетерой. Детство всегда очаровательно, ранняя юность всегда красива. Но работать гетерам предстояло много лет, нужна была красота, которая сохранится и не потеряет в цене как минимум лет пятьдесят. Поэтому второй отбор проходил, когда девочке исполнялось восемнадцать лет. К этому моменту оценивались не только природные данные, подаренные в том числе и половым созреванием, но и мастерство, обретенное в школе. Только процентов двадцать продолжали обучение. Остальным предстояло уйти – хотя и это не становилось для них трагедией. Образование, полученное в школе гетер, высоко ценилось даже на Земле, не говоря уже о колониях. Выпускницы при желании удачно выходили замуж, или открывали собственные школы танцев, или становились актрисами… Вариантов было много, и девушки даже не особо расстраивались из-за грандиозного долга, с которым они покидали школу – выплатить его было не так уж сложно.
Обо всем этом Каллисто знала исключительно в теории, у нее никогда не возникало проблем с отбором. На первом этапе она очаровала всех без исключения – девочка-фея со светлыми волосами. Тропический океан в глазах и белые снега горных вершин в оттенке кожи – ну разве не чудо?
Правда, время могло уничтожить даже это, но девочке повезло. Она развилась в высокую стройную женщину с мягкой соблазнительной фигурой – гетерам запрещалось полностью избавляться от жировых тканей и наращивать мышцы. Она приняла имя Каллисто и считалась одной из лучших в своем выпуске. Дело было не только в ее красоте и умении танцевать так, что зрители, наблюдавшие за ней, неизменно забывали обо всем, каждый по своим причинам. Каллисто получила высший балл на всех экзаменах, она отлично разбиралась в политике, бизнесе, искусстве и колониальной культуре, да и в научных кругах она легко могла поддержать разговор. Она стала образцовой гетерой, способной принять любую роль, допустимую для таких женщин: шпионки, советчицы, дипломата… даже воровки, хотя школа не афишировала, что это вариант.
Она неплохо начала, отдала школе долг за два года – тоже рекорд. Никто не сомневался, что Каллисто ждет блестящее будущее… До тех пор, пока в этом будущем не замаячил смертный приговор.
И вот она на «Слепом Прометее», бесконечно далеко от Земли, без единой надежды вернуться. В первое время она плакала по ночам и сомневалась, правильное ли приняла решение. Быть может, смерть, быстрая и безболезненная, была лучшим выбором? Но человек все-таки забавное существо, и даже в самые темные часы Каллисто не лишалась надежды.
Теперь-то она привыкла, хотя счастливой так и не стала. В принципе, она могла бы позволить себе расслабиться, отказаться от тренировок, больше не танцевать. Стать женой при ком-нибудь из лидеров станции, управлять окружающими через него… Но ей не хотелось. Каллисто была среди событий и одновременно в стороне от них. Никто не мог сказать, как она этого добилась, однако ее положение в обществе оставалось неизменным уже много лет.
Она даже танцевать перед публикой была не обязана, это просто доставляло ей удовольствие. Каллисто манила чистая, примитивная радость движения – когда тело свободно, когда боль и страх уходят вместе с энергией, а усталость приносит спокойствие. Да и реакция аудитории ей нравилась, что скрывать. Любой артист знает: зал не только берет, но и отдает. Она словно обменивалась жизненными силами со всеми людьми, собравшимися на нее посмотреть, и ей становилось легче.
Свои танцы Каллисто создавала сама. Людям казалось, что это всего лишь шоу – как бы она ни двигалась, что бы она ни надела. Но Каллисто прекрасно знала: на людей влияет всё, от цвета ее наряда до ритма музыки.
Сегодняшний танец получился мрачным. Резкие движения чередовались с плавными, гетера не улыбалась, ее тело, настолько гибкое, что это казалось невозможным для обычного человека, не скользило по воздуху, как обычно, а будто извивалось среди языков пламени. Ее белую кожу скрывало черное кружево, откровенное для других, но траурное для нее самой. На ее шее, руках и ногах звенели украшения, сделанные из заостренного металла – ее личный ритм, ее поминальная мелодия.
Каллисто не собиралась умирать, и все же она чувствовала: этот танец последний. Слишком уж тяжелой стала жизнь на станции, слишком много тревожных событий накопилось.
Хотя началось-то все не сейчас, началось это давно – когда появились те камни. Прекрасные? Да, безусловно. И все же у Каллисто сразу возникло ощущение, что с ними что-то не так. Она не смогла бы объяснить, что именно, и подозревала, что на них попросту распространяется ее неприязнь к Сектору Фобос. Поэтому, когда Скайлар Ллойд притащил их ей в подарок, она уверенно отказалась. И потому что ей даром не нужны были эти стекляшки, и потому что она терпеть не могла Скайлара, хотя и скрывала это, зная его мстительность. Каллисто, как и большинство гетер, давно собрала коллекцию украшений, которая впечатлила бы любой колониальный музей.
