Дэнис взял трубку сразу. У меня как будто упал пятитонный груз с плеч, когда он тут же согласился приехать. Но вот только обещал приехать вечером, так как ему нужно было помочь жене и её матери. С чем помочь, он не уточнял. Я слышал на заднем фоне гнусавый голосок его тёщи, поэтому не стал расспрашивать ни о чём, надеясь на то, что он закончит пораньше. Да и мне было наплевать на то, что ему там надо сделать.
Роберт трубку не взял. Он перезвонил сам, разбудив меня своим звонком. До этого я успел сходить в лес и нарубить дров, которыми затопил чугунную печь. Возле неё стояло уютное кресло, на котором я и выключился от усталости, ощущая приятное тепло огня.
Роберт сразу начал юлить, впрочем, как и обычно. Он долго оправдывался за то, что не брал трубку. Говорил, что у него было срочное дело. Он якобы был на концерте своей маленькой дочки. А после отвозил её к своим родителям, где они решили отпраздновать её дебют. А так как он обещал вечером отвести свою дочь после успешного выступления поесть пиццы, то уже никак не может приехать.
Я, в общем-то, не расстроился по этому поводу. Достаточно будет и одного Дэниса. К тому же нет никакого желания терпеть плоские шутки Роберта. Он только действовал бы мне на нервы.
Знаю я, в какую пиццерию он поедет вечером и с кем. После женитьбы он ни одного дня не был примерным мужем и отцом. У него каждый месяц появлялась новая пассия, на которую он тратил уйму денег, водя её по ресторанам и одаривая дорогими подарками. Как его жена до сих пор не выгнала его, я не знаю. Она была очень добрая и ласковая мать, хоть и простовата на вид. Я думаю, в глубине души она всё знала. Но мне казалось, что ей легче было отметать от себя правду и жить с розовыми очками на глазах. Иногда, когда они съезжали с её глаз, приоткрывая истину в виде непонятных СМС-сообщений по ночам или звонков от пьяных женщин, Роберт технично поправлял эти розовые очки одним пальцем, подвигая их поближе к глазам. Ему достаточно было подарить ей дешёвенькие цветочки, за которые он ещё и торговался с продавцом. И она сразу же таяла и верила во все сказки, которые он ей рассказывал. Мне не было её жалко, так как я не понимал, как можно быть такой узколобой. Видимо, она настолько боялась выйти из зоны своего комфорта, что предпочитала заглушать все свои подозрения и утешаться воспитанием своей дочки. Ей было комфортно, и это было главным для неё.
Я уже совсем расслабился от тепла печи. Руки и ноги мои гудели от приятного покоя. Я подумал, что лучше мне будет до приезда Дэниса подготовить резиновую лодку. Я не знал, во сколько он приедет, но, возможно, у него возникнет желание порыбачить вечером. Я, конечно, надеялся на то, что до этого сегодня не дойдёт, но перестраховаться нужно.
Я ждал его с нетерпением, так как умирал с голода. Уезжая, я не продумал этого и теперь мучился от своей глупости и поспешности.
Дом был очень маленький, но очень уютный. В нём было две комнатки. В каждой комнате было по небольшой кровати. Когда мы приезжали втроём, то вытягивали зубочистки, определяя, кто будет спать на раскладном кресле. Кто вытягивал самую короткую зубочистку, тот и наслаждался сном возле печи. Правда, приходилось всю ночь следить, чтобы огонь не затух, и подкидывать дрова. Но всё же спалось там изумительно. От него веяло домашним уютом и теплом.
Сидя в этом кресле, я собирался с силами для того, чтобы пойти приготовить удочки и надуть лодку, но и сам не заметил, как заснул.
Улыбка и сияющие глаза Хлои. Снежинки, мерцая, застыли в воздухе. Они не движутся. Она ловит снег ртом и смеётся. Всё, как в замедленной съёмке. Живая и весёлая женщина стоит напротив меня и пристально смотрит мне в глаза. Кровь льётся из её левого глаза. Хлоя в панике пытается вытереть кровь у себя со щеки, но она всё льётся и льётся. Её руки все испачканы алой жидкостью. Юбка, кофта, волосы – всё стало липкое и мерзкое от багровой жидкости. Она что-то шепчет.
Проснулся я от звука подъезжающей машины. Я очень удивился, выглянув в окно. Уже смеркалось. Я проспал весь день. Через пару минут двигатель заглох, а ещё через пять минут на пороге появился Дэнис. У него в руках была уйма пакетов. Он даже не поленился захватить ящичек для рыбацких принадлежностей, который зажал под мышкой.
– Твой спаситель прибыл! – сказал он, широко улыбаясь и сваливая на стол все пакеты.
– А я смотрю, ты не любишь мелочиться! – смеясь, ответил я, указывая на сумки.
– Ну, так ты же сам сказал, что помираешь с голода. Вот я и решил, что запас еды, который мы обычно берём на троих, нам будет в самый раз и на нас двоих.
Я был рад видеть Дэниса. Мы были с ним знакомы ещё со времён моей учёбы в академии. Он тоже там учился, но его выперли уже через полгода. Он говорит, что во всём виноват его сосед, но я думаю, что Дэнис просто никогда не хотел становиться полицейским и подсознательно искал причину покончить с этим. Зато сейчас у него своя юридическая компания, и, похоже, он счастлив оттого, что помог тогда своему соседу пронести алкоголь и травку в академию.
