Маленькая Рита. Переводчица полностью

Вал глупых мыслей захлестнул меня на всё время короткого собрания, я никак не могла сосредоточиться и собраться. Карандаш покоился в моей руке, но я не сделала ни одной заметки. Да и как я могла бы? Он снова совсем рядом. Чего ждать от него в этот приезд?

Я представила себе, как в нашем кабинете под вечер никого не осталось. Глухой звук приближающихся шагов. Я знаю, что это он. Дверь открывается, и Матиас без стука и разрешения входит в кабинет.

— Как у вас дела? — безразлично спрашивает он.

— Матиас, не забывай и в нашем языке это звучит одинаково и двусмысленно: у Вас и у вас, — мои попытки отбиться от него занудством совсем не работают. — У вас с Вальтером.

— Замечательно, просто отлично, лучше быть не может. — Рад за тебя.

Я стою между столом и подоконником, словно в загоне, а хищник медленно приближается, ощущая свою власть и понимая, что добыча никуда не сбежит.

— Нам даже не нужно быть вместе, чтобы чувствовать как мы на самом деле близки. Ты знаешь?

— Ерунда, гормоны, животная страсть. В этот раз ты меня не поймаешь. Тогда я была слишком слаба, но не сейчас.

— Подари мне всего одну ночь и одно утро…

Нет, конечно, Фогель-младший не будет сыпать такими пошлостями. Он, как обычно, выдумает что-то более лаконичное и изощрённое. Слишком хорошо он меня узнал. Но запомнил ли?

Но только благодаря этой мысленной сцене мне пришла на ум отличная идея, как отомстить Матиасу. Он получил по заслугам в прошлом году: ему досталось по красивому лицу и от Макса за одно, и от самого Вальтера за другое, но и от меня он должен получить урок.

Собрание подошло к концу, я вылетела в коридор и свернула на лестницу. Пара шагов наверх. Растерянность заставляла играть в дурацкие прятки. Зачем я это делала? Как будто Матиас тут же бы всё бросил и кинулся непременно ко мне здесь и сейчас. К биению сердца даже не нужно было прислушиваться — оно пока не думало успокаиваться. Поднявшись до следующего пролёта, я присела на подоконник, раскрыла папку на коленях и всмотрелась в документы, которые мне нужно было перевести сегодня до вечера. Так, ерунда, которая никак не могла бы увлечь меня.

Глубокий вдох, выдох, и пора возвращаться в кабинет, попробовать, быть может, посплетничать о новеньких. Как их там… Денис и Виктория… Тьфу, Нина!

В коридоре всё ещё стоял гул голосов и топот неспешных шагов. Пара коллег поднимались на четвёртый этаж. Завидев меня с бумажками на подоконнике, они коротко кивнули и снова поздоровались. Постепенно шум рассеивался, расходился по коридорам и лестницам. Я вернулась на свой третий этаж и подошла к кабинету, в котором Дора громко кому-то выговаривала. «Только бы неон, пожалуйста!» — мысленно попросила я и открыла дверь.

К счастью, никакого Фогеля там не было. Дора с самым обеспокоенным видом разговаривала с секретарём Леной. — Неспроста они появились прямо сейчас, неспроста, — качала белокурой головой коллега и перебирала ручки в органайзере. — И Нина эта… не похожа она на серьёзную работницу.

— Да ну, — отмахнулась Лена и присела на небольшой бежевый диванчик в углу кабинета. — Говорю тебе, — настаивала Дора.

Я же как вошла, так и осталась на пороге, словно в чужом кабинете. — Рита, а вы как считаете? — обратилась ко мне Леночка. — Непонятно, правда, — я пожала плечами и подошла к рабочему столу. — А что тебя так насторожило, Дора?

— Новости про слияние с компанией Вальдблума уже никакие не слухи, верно? — начала Партугас. — Виктор Палыч открыто сказал.

— Ну была одна компания, а станет…

— Как-то очень вовремя взяли этих двоих, — Дора перебила Лаврецкую. — Тихонов сам сказал — свежая кровь, — Лена, как и я, не могла понять подозрений.

— А для чего? Мы разве не справлялись? Получали жалобы? Или поток клиентов настолько увеличился, что нам никак всё не охватить? Что скажешь, Лена? Ты должна быть в курсе объёмов. — Да ничего такого не происходит. — Вот именно, что происходит. Они сейчас на пробном периоде, якобы, я так думаю. Потом ими просто заполнят места иностранцев. Нина пришла на место какой-нибудь итальянки, а Озеров… он пришёл на место Вальтера.

— Дора, — несмело начала я, — подумай сама, одобрил бы Фогель-старший такой план?

— А что ему? Если работа будет выполняться в те же сроки, в тех же объёмах, зачем платить больше? Он ведь может назначить им совсем другие ставки, нежели Брандту, например.

— Хм, возможно, — кивнула Лена и со вздохом подняла взгляд к потолку. — Хотя, — Дора прищурилась. — Они же и налоги большие платят.

— А Вальдблуму или Фогелю что с этого? Они же не им лично отщипывают. Да и вроде только Брандт с Матиасом у нас сильно обложены ставками.

— В смысле? — я начала теряться в течении разговора.

Оказывается, так много всего, что непосредственно касается Вальтера и так важно, но совсем мне до сих пор неизвестно.