Во мне боролись ученый, желающий как можно быстрее найти разгадку, ответить на мучительные вопросы, расставить точки над i, и… канцлер. Тот самый государственный чиновник, который отвечает за жизнь, здоровье и безопасность хоуллендцев. Первый буквально мечтал о том, что эксперимент нужно сделать как можно быстрее, второй строго предупреждал, что это может привести к самым катастрофическим последствиям.
Да-а, проблема…
Наконец, я решил, что, раз метеорит в древности кто-то обрабатывал простой киркой, не будет ничего страшного, если я один в уединенном месте все-таки на свой страх и риск попробую разобраться с ним. И я даже нашел для себя такое место – в ложбинке на заднем скате кладбищенского холма стояло пустующее строение, возможно, склеп, а может быть, просто какая-то давным-давно заброшенная хозяйственная постройка. Я приметил его, когда мы гуляли в тех местах вместе с Ариэль.
Вот там я и узнаю истину.
Необходимо было собрать и перенести туда нужное оборудование. Многого с собой я взять не мог. Кроме того, я решил ничего не говорить Ариэль по двум причинам: она могла попытаться меня отговорить под предлогом небезопасности опыта и, разумеется, обязательно захотела бы пойти со мной. А этого я допустить не мог. Довольно того, что я и так подверг ее жизнь опасности, взяв с собой в подземелье.
Значит, отправлюсь туда рано утром, когда она будет спать, решил я. Пока я созванивался с Джеком, Ариэль упорхнула в кабинет отца. Сказала, если Блейка там нет, она позвонит ему и вернется. Видимо, Блейк был на месте.
Знал ли Игги об этом небесном страннике? Судя по рисунку на больничной стене, знал. Как там сказал Барт? «Он хотел стать кем-то вроде Гая Фокса…» Наверняка Игги планировал разрушить брох. Хотя какой в этом толк? Дело же совсем не в брохе.
«Это место следует уничтожить…» – звенели в моей памяти слова Джека.
Она тихонько вошла, тихонько подошла и положила головку мне на плечо, пощекотав мою щеку своими кудряшками:
– Ты такой грустный… Отчего?
Я не хотел сначала ее пугать, но потом рассказал о своем разговоре с Джеком. Черт возьми, наверняка любая другая женщина тут же испытала бы страх за себя и свое здоровье – ведь она тот самый роковой обломок держала в руках.
Но Ариэль…
У нее на глаза навернулись слезы:
– Боже, несчастные люди… Фокс, как жаль, что мы узнали об этом только сейчас, когда уже поздно что-то изменить!
Я думал о том же, она буквально произнесла вслух то, о чем я думал. И с ее словами ко мне пришла догадка, идея, озарение!
Излучение, поле – я пока не знаю, чем воздействует метеорит на людей, а это именно он, но и неважно… Он не обязательно калечит и убивает. Необязательно! Значит, с ним можно вполне мирно сосуществовать, надо только узнать, каким образом. Более того, мы обязаны это узнать, чтобы не допустить новых Джилл и Долли, чтобы суметь помочь людям, если с кем-то случится подобное. Джилл и Долли явно были не первыми. Вероятнее всего, поминаемый Игги мистер Джереми тоже подвергся чему-то подобному, какому-то непонятному воздействию. Может, он и прорубал эти штольни или слишком долго находился в них? Возможно, все дело в плотности поля, или в направлении излучения, или…
Что гадать на кофейной гуще? Надо узнать точно!
– Я позвонила папе, – продолжал звенеть голосок Ариэль. – Между прочим, завтра он ждет вас, господин канцлер, на совещание. А точнее, «…мне нужен Фокс, чтобы разобраться с состоянием дел в государстве, и прежде всего с состоянием финансов…» – с блейковскими интонациями произнесла Ариэль. – А я ему рассказала, что мы нашли под брохом алмазные копи. Кажется, он решил, что я его разыгрываю. Про метеорит я ему рассказывать не стала.
Я кивнул, думая, тем не менее, о предстоящем эксперименте.
– А потом забежала Барби, пригласила меня зайти как-нибудь… за книгами.
Я вновь рассеянно кивнул и сказал:
– Идем ко мне домой? Время-то уже позднее, надо лечь сегодня пораньше, завтра ведь важное совещание.
– Какой ты стал строгий и правильный, – с притворной робостью улыбнулась Ариэль. – Настоящий канцлер!
– Noblesse oblige, – сказал я, нежно приобняв ее и погладив по голове.
После ужина Ариэль упорхнула в душ, а я воспользовался этим, чтобы поставить будильник – у меня был такой, несколько необычный – в форме браслета, будивший не звонком, а пульсацией, – и набросать план предстоящего эксперимента.
Оборудование я собрал в большую спортивную сумку. Получилось не так уж и много. Камень, так я называл эту находку, положил в специальный изолирующий контейнер (если от его воздействия вообще можно было изолироваться). А затем сел и стал думать о тех, кого погубил брох, вернее, тот древний метеорит, который скрывался под ним, о том, как я буду вскрывать этот загадочный камень.
