Маленький лорд Фаунтлерой полностью

–Я знал его,– ответил мистер Хоббс, вытирая испарину со лба,– с самого его рождения. Мы всю жизнь дружили… вот как я его знал.– Он весьма разволновался; вытащив из кармана шикарные золотые часы, открыл их и показал Дику гравировку.– «Пусть другу про меня всегда напоминает этот дар»,– процитировал бакалейщик.– «Я не хочу, чтоб вы меня забыли» – это он сам так сказал, а я б его помнил,– продолжал он,– даже если б он ничего мне не подарил и испарился без следа. Никто бы не забыл этакого друга.

– И я отродясь не встречал такого мирового парнишки, – признался Дик. – Да еще такого задорного! И откуда в нем столько задора! Очень он мне нравился, честное слово, мы с самого начала сдружились и… стали добрыми приятелями. Я выудил его мячик из-под колес экипажа, и он этого не позабыл; то и дело приходил сюда, то с матушкой, то с нянькой. Окликал меня: «Эй, привет, Дик!» – да так озорно, будто в нем шесть футов росту, хотя поначалу едва доходил мне до пояса и еще носил платьица. Веселый малый – когда дела не ладились, приятно было с ним поболтать.

–Это верно,– согласился мистер Хоббс.– Какое расточительство – делать графом такого молодца. Ему же самое место в бакалейной торговле – или в галантерее. Самое место! – И он с еще более глубоким, чем раньше, сожалением покачал головой.

Как выяснилось, им столько всего хочется сказать друг другу, что за один раз они никак не управятся, поэтому было решено, что завтра вечером Дик явится с визитом в лавку и составит мистеру Хоббсу компанию. Дика такая перспектива весьма порадовала. Он почти всю жизнь беспризорничал, но никогда не опускался до дурных дел и втайне мечтал, что однажды сможет вести более достойное существование. С тех пор как у него появилось собственное дело, он зарабатывал довольно, чтобы иметь крышу над головой и не жить на улице, и даже начал надеяться, что со временем заберется еще выше. Поэтому приглашение в гости к такому солидному, респектабельному человеку, владельцу не только лавки, а даже и фургона с лошадью, показалось ему событием замечательным и важным.

–Тебе что-нибудь известно о графах и замках?– спросил его мистер Хоббс.– Я бы желал этот предмет изучить скурпулезно.

– В «Пенни стори газетт» есть про них рассказ, – ответил Дик. – Называется «Преступный венец, или Месть графини Мэй». Мировая штука! Мы с ребятами по очереди читаем.

–Принеси с собой,– сказал мистер Хоббс.– Я заплачу. Принеси все, что найдешь про графов. Если графов не будет, сойдут маркизы или герциги – хотя он ни про каких герцигов и маркизов не упоминал. Про венцы речь была, мельком, но мне они нигде не попадались. Да и откуда им здесь у нас взяться.

– Если где и есть, то в магазине у Тиффани, – предположил Дик. – Но не ручаюсь, что я бы узнал венец, хоть бы мне его под нос сунули.

Мистер Хоббс не стал признаваться, что и он не узнал бы, а просто задумчиво покачал головой.

– Полагаю, спрос на них тут невелик, – сказал бакалейщик, и на этом они переменили тему.

Так было положено начало сердечной дружбе. Когда Дик явился в лавку, мистер Хоббс принял его весьма радушно, предложил стул возле двери – рядом с бочкой яблок, – а когда его молодой посетитель уселся, указал на них рукой, в которой держал трубку:

– Угощайся.

Он проглядел журналы, а после они занялись чтением и побеседовали о британской аристократии; мистер Хоббс то и дело глубоко затягивался трубкой и качал головой, причем особенно выразительно – указав на высокий табурет с отметинами на ножках.

– Это от него осталось, – со значением пояснил он, – следы от его каблуков. Я часами на них смотрю. Вот ведь какие бывают превратности судьбы! Будто только вчера он сидел тут, ел крекеры из ящика и яблоки из бочки да выбрасывал огрызки на улицу; а нынче стал лордом и живет в замке. Это следы лорда – однажды они станут следами графа. Случается, подумаю об этом, так и говорю себе: «Ну и дела, да чтоб мне лопнуть!»

Казалось, эти воспоминания и общество Дика принесли ему огромное облегчение. Прежде чем Дик отправился домой, они поужинали в тесной задней комнатке крекерами, сыром, сардинами и другими консервами, продававшимися в лавке; мистер Хоббс торжественно открыл две бутылки имбирного эля и, разлив напиток, предложил тост.

–За него! – сказал он, поднимая свой стакан. – Пускай он всем им там преподаст урок – и графам, и маркизам, и герцигам, и всем остальным!

После этого вечера они стали частенько встречаться, и мистер Хоббс уже не чувствовал себя так одиноко и потерянно. Они читали «Пенни стори газетт», а также множество других любопытных источников, и набирались о привычках аристократов и дворянства таких знаний, которые весьма удивили бы представителей этих ненавистных классов, если бы им случилось о них услышать.

Однажды мистер Хоббс совершил паломничество в центр города с единственной целью посетить книжный магазин и расширить свою библиотеку. Перегнувшись через прилавок, он решительно заявил продавцу:

– Мне нужна книга про графов.

– Что? – удивился тот.

– Книга, – повторил бакалейщик, – про графов.