– Боюсь, – со странным выражением лица ответил молодой человек, – что у нас ничего подобного нет.
– Нет? – растерянно переспросил мистер Хоббс. – Ну, тогда про маркизов… или герцигов.
– Я о таких книгах не слышал.
Мистер Хоббс, весьма озадачившись, опустил взгляд в пол… потом снова поднял.
– И про графов женского полу тоже нет? – спросил он.
– Боюсь, что нет, – с улыбкой ответил продавец.
– Эх! – вздохнул мистер Хоббс. – Чтоб мне лопнуть…
Он уже собирался уходить, но с порога его окликнули и спросили, не устроит ли его история, в которой главные действующие лица – дворяне. Мистер Хоббс ответил, что устроит – раз уж у них нет тома, целиком посвященного одним только графам. Так что ему продали книгу под названием «Лондонский Тауэр» авторства мистера Гаррисона Эйнсворта, и мистер Хоббс отправился с нею домой.
Когда пришел Дик, они принялись за чтение. Книга оказалась замечательной и крайне захватывающей, действие происходило во времена правления знаменитой английской королевы Марии, которую в народе называли Кровавой Мэри. Мистер Хоббс, узнав о деяниях Мэри и ее привычке отрубать людям головы, а также пытать их и сжигать на кострах, очень сильно разволновался. Вынув трубку изо рта, он некоторое время молча глядел на Дика и в конце концов был вынужден промокнуть выступившую на лбу влагу красным носовым платком.
– Он в опасности! – воскликнул бакалейщик. – В опасности! Если там женщины сидят на тронах и раздают такие приказы, кто же знает, что с ним делается в эту самую минуту! Он в страшной опасности! А ну как рассердишь такую – это ж всем вокруг не поздоровится!
– Ну, – сказал Дик, хоть у него самого вид был несколько встревоженный, – если люди не брешут, нынче там не эта дамочка заправляет. Эту, что в книжке, Мэри кличут, а у них, я слыхал, какая-то Виктори.
– Ты прав, – согласился мистер Хоббс, все еще промокая лоб, – ты прав. Да и в газетах ничего не слышно ни про какие дыбы, тиски и сжигания заживо… и все ж таки не доверяю я этим чудакам, небезопасно ему с ними. Говорят, у них там даже Четвертое июля не празднуют!
Несколько дней его снедала тайная тревога, и, лишь получив письмо от Фаунтлероя и прочтя его несколько раз – и себе самому, и Дику, – а также прочтя письмо, которое получил примерно в то же время Дик, он смог вновь обрести душевное равновесие.
Письма доставили им несказанную радость. Они читали и перечитывали их, обсуждали друг с другом, наслаждались каждым словом. Над ответами оба корпели несколько дней и прочли их почти столько же раз, сколько письма, полученные от Седрика.
Для Дика написать ответ оказалось нелегкой задачей. Все свои знания о чтении и письме он почерпнул за те несколько месяцев, что жил со старшим братом и ходил в вечернюю школу, но, будучи парнем смышленым, он выжал из этой недолгой поры все, что мог, а после старался замечать, как пишутся слова в газетах, и тренировался писать кусочками мела на тротуарах, стенах и изгородях. Он рассказал мистеру Хоббсу все о своей жизни и своем старшем брате, который заботился о нем после смерти матери, когда Дик был еще совсем мал. Отец их скончался еще раньше. Брата звали Бен, и он, как мог, пособлял Дику, пока тот не выучился продавать газеты и бегать с поручениями. Они жили вместе, и Бен, повзрослев, сумел найти приличное место в одном магазине.
–А потом,– с отвращением воскликнул Дик,– чтоб мне пусто было, взял и женился на одной девчонке! Одурел от любви так, что ничего в башке не осталось! Поженились они, значит, и устроили гнездышко в двух задних комнатах. Девчонка оказалась будь здоров, настоящая тигрица. Когда сердилась, все вокруг разносила в пух и прах, а сердилась она
