Она вплотную подошла к нему, обвила руками шею и запустила ладонь в волосы, собственнически пропуская светлые пряди между пальцами. Алвису это не понравилось: она всегда так делала, когда хотела показать, что он принадлежит ей. Все внутри него буквально противилось ее прикосновениям, по телу расползалось неприятное покалывание, словно сотни игл кололи из-под кожи. Он смотрел в серые глаза, но представлял почему-то другие – зеленые, слегка раскосые.
Алвис отстранился, прежде чем почувствовал нежеланный поцелуй на своих губах, и мягко выпутался из ее объятий.
– Я не готов… Дай мне время все обдумать.
Она неверяще уставилась на него.
Алвис проклинал себя за сомнения, за то, что не мог сейчас дать Эире то, чего она хотела, то, чего когда-то хотели они оба. А все потому, что треклятые зеленые глаза так и стояли перед мысленным взором.
Он не хотел лгать Эире, поэтому просто кивнул на двери и направился в купальню, не в силах наблюдать за ее уходом.
У него раскалывалась голова.
Он смутно помнил, как возвращался вчера во дворец, но прекрасно помнил стычку с Алвисом. Стейн перегнул палку и теперь должен был извиниться. Он изрядно перебрал в таверне, и мальнийское вино совсем затуманило рассудок. Еще он собирался послать хозяину таверны денег, чтобы возместить ущерб за погром, который устроил, когда решил выпустить пар.
Его до сих пор переполняло отвращение к самому себе. Хотя ранее Свея и высказала желание жить среди людей, сейчас явно все изменилось. Она не хотела покидать Мальнборн. И он был бы только счастлив, если бы единственная родственница оставалась в его доме. Стейна бы никогда не взволновало подозрение, что лучший друг и племянница проявляют друг к другу интерес, наоборот, он бы порадовался за них и сделал все возможное, чтобы обычное влечение переросло в нечто большее. Но существовала единственная и непреодолимая преграда… Свея человек. Он не отказывался от вчерашних слов: «В будущем человека и мальна не ждет ничего, кроме боли, горечи и смерти…» Поэтому ей лучше уехать в Хадингард. От этой мысли снова захотелось что-нибудь сломать.
Он не собирался менять своего решения, считая его единственно верным, но почему же тогда так паршиво на душе?
Стейн не смотрел на двух девушек, которые ехали рядом с ним по главной городской дороге, держа путь к стене, и глубоко тонул в собственных мыслях. Райя вела себя как обычно, несмотря на то что была не согласна с его позицией в отношении племянницы. Свея же все утро молчала и даже за завтраком не проронила ни слова, понуро опустив голову в тарелку.
– Господин главнокомандующий, – вырвал из раздумий голос стража у городских ворот, – мы ждали господина Алвиса, послали за ним воинов час назад.
– Я здесь по личному делу. Что-то случилось? – насторожился Стейн.
– Да, господин, там люди, – страж кивнул на ворота. – С ними король Хадингарда.
Стейн и Райя переглянулись.
Финн? Здесь? Но ведь они с Таленом договорились перенести сроки подписания договора. Что настолько срочное привело короля Хадингарда в Мальнборн?
Стейн направил лошадь вперед и, проехав сквозь сплошное полотно в арке ворот, прищурился. Утреннее ноябрьское солнце стояло высоко в небе, но уже не грело и не приносило былого тепла в Оглам. В Мальнборне же всегда царило лето благодаря магии.
Перед воротами выстроилось около дюжины всадников. В центре стоял Финн, а рядом с ним – его сестра, леди Адела. Принц Аланты тоже зачем-то наведался в эти края. Среди знатных господ находился и незнакомый статный мужчина средних лет. Остальные, вероятно, были королевской свитой.
Незваные гости разглядывали высоченные белесые стены из сплошного отшлифованного камня, будто покрытого тонким слоем стекла. Вряд ли обычным людям доводилось видеть в королевствах стены такой высоты. Один только Финн озирался по сторонам. Он был единственным из всех присутствующих, кто застал на месте этих стен Северный лес, и поэтому сейчас удивленно рассматривал окружавшие их Пустынные земли, пока не появились мальны.
Финн спешился первым. Одет он был неофициально: в легкую кожаную броню, местами покрытую металлическими вставками, – в ней было гораздо удобнее сражаться, чем в мощных золотистых доспехах, которые обычно носили королевские гвардейцы Хадингарда. Его короткие волосы темно-каштанового цвета торчали в разные стороны, словно в них не раз запускали пальцы, а кончики светились золотом из-за лучей падающего утреннего солнца.
Стейн соскочил с седла следом.
– Ваше Величество, – произнес он, приблизившись к Финну.
– Здравствуй, Стейн.
На мгновение воцарилась тишина, а затем Стейн криво улыбнулся, и они пожали друг другу руки.
С того дня у стен Деароса минуло почти два месяца, хотя казалось, что прошла целая жизнь. Теперь все изменилось. Как и изменилось что-то во взгляде хадингардского короля. Несмотря на прежнее обаяние, он будто утратил частичку себя.
– Мы не ждали вас, – произнес Стейн, наблюдая, как Ларен помогает леди Аделе спуститься на землю.
