– Иван Иваныч, купил новый шифоньер, а старый с зеркалом отдал нам. Ещё новая учительница, что приехала к нам по распределению, просила нас выбросить из её комнаты, куда её поселили, старый трельяж. Она его назвала деревенским анахронизмом. А там целых три зеркала. Два из них с поворотными петлями. Вот мы и решили зеркало от шифоньера заменить на зеркала от трельяжа, потому как они с петлями.
– Хорошо… хорошо… занимайтесь. Только не забудьте познакомить Костю со всеми вашими механизмами и принципами их работы. А то, не ровен час, куда вляпается. Ты,– обратился Антон к Юре Мешкову,– покажи Косте схему крепостных сооружений и научи его в этих ходах и переходах ориентироваться. Возьми с собой ещё кого-нибудь, чтоб чего не упустить. Мы ведь привыкли к нашим изобретениям и механизмам, а он нет.
– Ясно! Будет сделано! – отчеканил мальчишка и подмигнул Косте.
– Это хорошо, что ясно,– продолжил Антон. – А теперь приступим к текущим вопросам. Прошу высказываться, но только по одному.
И только он это сказал, как ребята зашумели, каждый хотел говорить первым. Дима Воробьёв едва успевал записывать сказанное в особый журнал по текущим вопросам. Ребята говорили о том, что Иван Хворостов вечером с фермы возит колхозный силос для своей коровы; потом о Саньке Прикладе, что украдкой ходит в заказник на охоту; потом говорили об отце Жени Зубова, который вчера напился водки, разогнал семью и Женя с матерью ночевали у соседей, а водитель грузовика Баранкин разъезжал на автомобиле в нетрезвом состоянии и своротил колодезный журавль, а самогонщица Капелькина Варвара, по прозвищу «Капелька» опять затопила среди недели баню, что означает, не помывку, а налаживание работы самогонного аппарата.
После того, как все высказались, Антон уточнил сказанное насчёт Баранкина. На что начальник разведки Толя Тропинкин предоставил неопровержимое доказательство. Им служила записка, от разведчика Сороки. В записке так же сообщалось, что Баранкину за это на автомобиле было проколото колесо и оставлена записка со словами вразумления. Какие будут результаты, пока неизвестно.
– Хорошо,– сказал Антон,– нужно передать разведчику Сороке, чтоб действовал по своему усмотрению, но особо не светился. Все согласились.
– Сорока это может сделать… – Расплылся в улыбке Толя.
– А вот колесо у автомобиля Баранкина прокалывать было не надо,– заметил Дима Воробьёв, это называется порчей колхозного имущества.
– А то, что он пьяный разъезжает и колодезный журавль своротил, это не порча имущества? – бросил Тропинкин.
– Порча, конечно, а ваши действия – самоуправство! – выкрикнул Митя Водовозов. – Давайте так и действовать. Если скотник крадёт силос, то ему будет уместно за это сломать вилы на ферме, если стекольщик с похмелья пришёл на работу, то ему в наказание надо будет разбить на той же ферме пять стёкол, пусть поработает. Так действовать – не дело. И стёкла и лопата общественные, то есть колхозные. Если перевести на наш школьный язык, то получается так – получил двойку по геометрии, то надо сломать за это провинившемуся линейку, или циркуль. Да ещё записку оставить, что так учиться нехорошо. Так получается…
Ребята рассмеялись. Все поняли, что принятые к Баранкину меры воздействия, нанесли колхозу ущерб, потому как завтра он не поедет за фуражом для коров, а будет клеить колесо.
«Кто этот Сорока? – подумал опять Костя. –Видно он здесь имеет большой авторитет!? Вон и имя называют как-то по-особенному… тихо.– И тут Костю осенила догадка. – Наверное, это и есть тот, которого не было на собрании, но его голос учитывался при голосовании. Он просто из-за своей тайной миссии сюда не приходит. Из всех мальчишек его знают только комендант крепости и начальник разведки. Догадка подогрела любопытство.
Тем временем, когда Костя размышлял по поводу Сороки, штаб рспределял задания по текущим делам. Толе Тропинкину и Саше Чеснокову был поручен вор Хворостов. Браконьера решили пока не трогать, до удобного случая. Отца Жени Зубова взял на себя Антон, заметив, что в проведении операции против пьяницы и дебошира будет участвовать весь коллектив крепости кроме Сороки.
«И опять этот таинственный Сорока»,– мелькнуло у Кости в голове.
Самогонщицу Капелькину поручили Мите Водовозову – изобретателю, чтоб он пока ничего не предпринимал, а разработал проект реагирования.
И вдруг на стене замигала красная лампочка. Это был сигнал опасности. Ребята по знаку Антона стали расходится по казематам. К Косте подошли Митя Водовозов и Игорь Бровкин. Митя сказал: «Пошли, покажем все наши крепостные прибамбасы». И они пошли изучать особенности крепостных сооружений и механизмов.
Провал эксперимента
