Милиционер не поверил и решил прояснить ситуацию. Он вышел из кабинета, а через полчаса дверь открылась, на пороге стоял отец, его водитель, все тот же страж порядка, бледный директор кинотеатра и ещё какие-то люди. Папа молча кивнул мне и жестом показал идти к машине, пожал руку собравшимся и пошёл следом за мной. На негнущихся ногах я еле добрела до служебной «Волги». Марис ждал на улице, но подойти побоялся. Папа его не заметил. Я сделала вид, что тоже. Мы сели на заднее сидение авто и поехали к отцу на работу.
За пять минут пути от Лачплеша до Стабу перед глазами в ускоренном темпе пронеслась вся моя недолгая жизнь. Даже подумать было страшно, какое наказание меня ждёт. Мы доехали до здания КГБ. Водитель открыл двери. Мы с папой вышли из машины. Он тихо сказал две фразы: «Ты меня подвела» и «Иди домой, вечером поговорим». Лучше бы он меня убил прямо там, на месте, чем мучиться ожиданием наказания.
Я села в автобус и поехала в Пурчик. По дороге мне казалось, что я в дурном сне, сейчас проснусь и все будет хорошо. Не помню уже, как оказалась дома. От стресса начала убирать квартиру. Отпустило. В голову начали постепенно приходить умные мысли, слова, чтоб оправдаться аргументировано, И вообще захотелось чаю и торта «Циелавиня». Тогда, в свои тринадцать лет, я сделала вывод: уборка в квартире равна систематизации мыслей в голове! До сих пор этот способ мне очень помогает в сложных жизненных ситуациях.
После уборки я достала деньги из копилки. Сходила в универсам «Минск». Купила торт и съела его весь ложкой, логично решив, что перед смертью фигура мне уже не пригодится. Коробку выбросила в мусоропровод.
Через час с работы пришла моя красавица-мама. Увидев чистую квартиру, она заподозрила неладное. Как на духу, в истерике я рассказала ей, что случилось утром. Теперь папа меня убьёт. Пусть меня кремируют после смерти, а пепел нужно развеять над морем с вертолёта. Это я в каком-то фильме видела, мне понравилось. Раз уж умирать, то эффектно, чего уж там…
Под конец рассказа меня начало тошнить. Выворачивало наизнанку от тортика почти час. Но мама про Циелавиню ничего не знала и решила, что это от страха перед приходом отца. Она приготовила мне ванну с пеной, дала валерьянки, уложила в постель и сказала, что сама с папой поговорит.
Сквозь сон я слышала их разговор. Стены в домах советского времени были картонные. Папа сказал: «Ладно, утром с ней разберусь». А утром я заболела гриппом с температурой за сорок, бредом, кишечным расстройством, жуткой ломотой в костях и в последствии – осложнением на почки.
Гораздо позднее, после неоднократного повторения ситуаций, когда я как-то очень серьёзно заболевала от страха перед наказанием или принятием неприятного решения, благодаря йоге и самоанализу, я сделала вывод: здоровье – самая большая ценность, ничто не стоит того, чтобы им расплачиваться! В любой ситуации смотри страху прямо в глаза. Представь мысленно самые ужасные последствия, подумай, что дальше будешь делать, даже если рухнет твой привычный мирок. Придумай четкий план действий. Мне помогает, страх уходит, я больше не болею от стрессов.
А тогда я отходила две недели. Бледная, худая, с синяками под глазами я пришла в школу за два дня до весенних каникул. Марис начал встречаться с девочкой на два класса старше нас. Оценки в табеле за третью четверть были гораздо хуже, чем в первых двух. Поведение вообще поставили неудовлетворительное за тот случай в кинотеатре. Меня официально отчислили из секции художественной гимнастики с формулировкой «по состоянию здоровья». Погода была мерзкая, как обычно бывает в Риге в конце марта. Это был первый серьёзный кризис в моей жизни…
ЗАГАР, ПЕРЕСТРОЙКА, АЭРОБИКА.
Все каникулы я провалялась дома, погрузившись в мир книг, чужих переживаний, приключений и грёз. Убирала квартиру каждый день, разбирала шкафы и начала вышивать. Получалось очень красиво. Родители были в ступоре. Брат старался развлечь. Приводил моих подруг, рассказывал анекдоты, дворовые новости, но я не очень реагировала. Он отстал, но старался, если что, быть рядом. Хорошо иметь брата-друга, почти ровесника.
За день до конца каникул я впервые вышла из дома в гости к подруге. У неё был кварц или, как его называли тогда, «искусственное солнце».
Мы решили, что я очень бледная, и нужно позагорать. Я представила лицо под лампу и просидела так сорок минут, хотя нормальное время такой процедуры – одна, максимум три. Через час лицо покраснело. Подруга сказала, что завтра будет красиво.
